1. Чем запомнилось Вам первое полугодие 2025 в литературном отношении? Какие события, имена, тенденции оказались важнейшими в этот период?
2. Назовите несколько самых значительных книг прошедшего полугодия.
3. Появились ли на горизонте в этот период интересные авторы, на которых стоит обратить внимание? Удивил ли кто-то из уже известных?
На вопросы отвечают Евгений Абдуллаев, Валерий Горюнов, Ольга Девш, Иван Родионов, Елена Севрюгина, Валерий Шубинский, Владимир Коркунов, Мария Бушуева, Шевкет Кешфидинов, Андрей Грицман, Гора Орлов, Андрей Мягков, Александр Переверзин, Евгений Кремчуков.
Ответы Льва Наумова, Михаила Визеля, Николая Подосокорского, Марии Затонской, Вадима Муратханова, Александра Маркова, Родиона Мариничева, Анны Аликевич, Андрея Василевского, Кирилла Ямщикова, Андрея Пермякова, Ольги Новиковой читайте в первой части опроса.
Продолжение опроса читайте 15 августа.
Евгений Абдуллаев, поэт, прозаик, литературный критик, член редколлегии журнала «Дружба народов»:
1. Прежде подобные обзоры начинал с оговорки, что полгода — слишком короткий период. И событий, чтобы подводить какие-то итоги, не наскребёшь, и ещё не совсем понятно, куда это всё движется.
Теперь литературное время сжалось и ускорилось. И новости — одна за другой, и вектор определился — итоги можно подводить даже до того, как что-то произошло.
Особенно в области литературной политики.
В январе закрывается АСПИР. «…Лили на эту организацию помои все три года её активной работы и вот залили», как с сожалением написал Роман Сенчин. Да, жаль. Особенно — с трудом возрождённую при поддержке АСПИР «Русскую премию». Хорошая была инициатива, но что поделаешь.
Не успели улечься информационные волны, поднятые закрытием АСПИР, 27 февраля проходит съезд Союза писателей России (СПР). С новым руководством, с новыми целями. Превратить СПР в основной инструмент государственной политики в литературе. Укрепить материально, передав ему имущество Союза писателей СССР. Тоже интересный поворот. Хотя и ожидаемый.
Ещё менее чем через месяц, 25 марта, проходит заседание президентского Совета по культуре и искусству. Большая часть, опять же, посвящена состоянию современной литературы. И уже в начале мая опубликован перечень поручений по итогам Совета, с учётом пожеланий СПР.
За полгода, таким образом, изменилась почти вся структура государственной политики в сфере литературы. Говорю «почти», поскольку литературой пока продолжает ведать Минцифра. «Вишенкой на торте» может быть передача этих функций Минкультуре, на чём настаивают представители СПР.
С повышением господдержки одного сегмента литературного поля идёт, с такой же высокой плотностью событий, усиление контроля над другим его сегментом. Прежде всего над частными издательствами и книжными магазинами. После проверок двум известным магазинам, московскому «Фаланстеру» и питерским «Подписным изданиям», в мае был выписан штраф. В марте неприятности возникли у «Евразийского книжного агентства», выпустившего роман Максима Кантора «Сторож брата»; в мае — у крупнейшего книжного холдинга «Эксмо».
Я сознательно воздерживаюсь от оценок — насколько это для литературы (и какой) хорошо или нет. Это тема для отдельного, более детального, разговора. В целом всё логично. Происходит переход к мобилизационной модели развития и увеличения роли государства. И было бы удивительно, если бы в этой ситуации литература оставалась незатронутой.
На фоне этих событий события собственно литературной жизни выглядят даже какими-то бледными. И это, возможно, хорошо. «Гремит лишь то, что пусто изнутри», как писал Шекспир. Продолжается медленная, но важная работа. Выходят толстые журналы. Проходят книжные ярмарки. Вручаются литературные премии. Главное, выходят новые и важные книги. Но о книгах — постараюсь следовать структуре присланного мне вопросника — чуть ниже.
Своими непростыми путями идёт и литературный процесс русского зарубежья. В прошлом году было объявлено о создании сразу двух новых литпремий, «Книги свободы» и «Дар»[1]. Объявление победителя «Дара» в мае (Мария Галина) вызвало сразу два небольших литературных скандала. Мария Галина от премии отказалась (по политическим причинам), а через пару дней с политическими обвинениями в адрес премии (и одного из финалистов, Дениса Безносова) выступила Галина Рымбу… Политика, и здесь — политика.
С «Книгами свободы» пока как-то непонятно. По условиям премии, до конца мая должны были огласить короткий список. Потом всё немного сдвинулось и оглашён пока только длинный. Но почему-то без фамилий авторов. Из серии «догадайся сам».
И ещё: в премии присутствует отдельная номинация «Спрингфилд» — «прозаические произведения об ЛГБТК-людях и мире через оптику квир-персоны»… (Движение ЛГБТ признано в РФ экстремистским и террористическим и запрещено. — Прим. ред.) Нет, когда квир-тема — и даже намёк на неё — подвергается жёсткой цензуре, это, с точки зрения нормального развития литературы, вещь крайне печальная. Какими бы благими политическими, моральными и демографическими соображениями это ни оправдывалось.
«Литература — это свобода, — писал Андрей Битов. — Свобода писать, что хочу и как хочу». Эта свобода может раздражать, возмущать, но по-другому, простите, литература дышать, ходить и летать не умеет. Только задыхаться и ползать.
Но, с другой стороны, выделять квир-тему в отдельную номинацию — с точки зрения, опять же, литературы, ненамного лучше. Какое-то сознательное понижение планки. Вот, мол, «просто» тексты, мы их оцениваем так-то (хотелось бы верить, по «гамбургскому счёту»), а вот — тексты с «оптикой», и мы, значит, будем оценивать и награждать с учётом этой «оптики»… Зачем? Если текст написан талантливо, если отражает какие-то важные вещи, позволяет что-то по-новому увидеть, понять — настолько ли важно, какова половая ориентация его героев? (Равно как и политическая, религиозная и прочая.) К чему это выделение?
Понимаю, что рассуждаю несколько старомодно. Поскольку и тут — политика. Политика, политика, политика. Никуда от неё не деться.
2. Назову, пожалуй, три.
Вера Богданова, «Семь способов засолки душ» (М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2025). Роман о секте. Вообще, в этом году как-то много попадалось романов о сектах, прямо тренд какой-то. «Фаюм» Евгения Кремчукова, «Поиск Анны» Алексея Зорина, «Мёртвая комната» Виктора Цененко… На этот раз — «Сияние», тоталитарная языческая секта, действующая в неком Староалтайске. Интересно по лихо закрученному сюжету, и по психологической разработке героев, и по стилю, ёмкому и точному.
Исторический роман-трилогия Николая Полотнянко, из жизни Симбирска от возникновения в XVI веке до пугачёвского бунта в XVIII, вышедший в прошлом году в «Невском проспекте». Ульяновский писатель, «возрастной» (1943 года рождения), неторопливо и мастеровито воссоздаёт историю родного города и его окрестностей, а заодно пытается осмыслить историю России. Добротная и интересная историческая проза, к тому же редкое для нынешней прозы «величие замысла».
И книга Олега Лекманова (признан Минюстом РФ иноагентом. — Прим. ред.) «Любовная лирика Мандельштама: единство, эволюция, адресаты» (М.: Новое литературное обозрение, 2024). Как всегда у Лекманова — ясно, точно, доказательно и главное — интересно. Образ Мандельштама-«юродивого» (как воспринимало его большинство современников) и Мандельштама-«страдальца» (каким он вошёл в шестидесятнический миф) последние годы довольно интересно и продуктивно — не столько пересматривается, сколько дополняется. И в плане отношений поэта с властью (в последних исследованиях Глеба Морева), и — в такой тонкой, но с большим тактом исследованной Лекмановым области, как любовные отношения поэта.
3. Из условно «молодых» назову двух двадцатилетних авторов. Анна Баснер (1991 года рождения), роман «Парадокс Тесея», вышедший в прошлом году в «Альпина нон-фикшн», о питерских реставраторах. Причём о нелегальных — стремящихся сохранить исчезающий облик зданий, а по сути — исчезающее пространство свободы и творчества. Как пытаются нелегально восстановить зал в заброшенном особняке. И что у них в итоге из этого выходит. Для дебюта — просто очень хорошо написанная вещь.
И Владислав Несветаев, роман «Гомоза» (СПб.: Чтиво, 2024). Молодой автор (1999 года рождения), но вполне зрелое письмо. Главный герой приезжает к себе на родину, в провинцию, навестить престарелую мать. Встречи с матерью, отчимом, соседями; любовь, пьяные драки, философские разговоры. Психологически и образно точный, живой слог, особенно в диалогах.
Что касается «удивлений» от кого-то из известных, то не припомню. То ли удивляться почти разучился, то ли удивляли недостаточно.
Хотя, пожалуй, вот одно, несколько печальное. Как-то совершенно незаметно — непростительно незаметно — прошли два важных юбилея. Двух замечательных — хотя и очень разных — литературных критиков, без имён которых представить себе историю русской литературы последнего полувека невозможно. 90-летие Ирины Роднянской и 80-летие Натальи Ивановой.
Критики, повторюсь, очень разные. Даже не знаю, как они друг к другу относятся: не расспрашивал. Но пишу это не для них, а для нас. (Впереди, кстати, в июле, 85-летний юбилей Аллы Латыниной.)
Многая и благая вам лета, дорогие старшие коллеги!
Валерий Горюнов, поэт, культуртрегер, редактор журнала «Всеализм»:
1. Для меня размышление о тенденциях — новая форма письма, поэтому мои наблюдения могут чередоваться с мечтами и не охватывать всего поля с его сложными и порой противоречивыми механизмами. Я нахожусь в среде, созданной молодыми журналами, и, на мой взгляд, сейчас неторопливо между онлайн-пространствами появляется новая архитектура коммуникации: мы обмениваемся идеями, строим мосты между редакциями, проводим совместные стримы. В этом полугодии произошла презентация журнала об экопоэзии «гало», встреча-разговор с редакцией журнала «Хлам» и «несовременником», создан онлайн-журнал «Химеры», в POETICA появилась новая рубрика «представление журналов», где каждый онлайн-проект рассказывает о себе и своих авторах. Поменялась структура «Метажурнала» — теперь акцент поставлен на коммуникации между критиками. Первый сезон великолепного подкаста «двуголосие» редактора «несовременника» Вячеслава Глазырина и редакторки «Флагов» Лизы Хереш окончился встречей о Леониде Аронзоне уже вчетвером: кроме Лизы и Славы, присутствовали редактор «журнала на коленке» Степан Самарин и я. За это полугодие удивил и «Полёт разборов» выпусками о поэзии Артёма Белова и Полины Ходорковской, Валентина Трусова и Андрея Журавлёва — мне очень близок такой поворот к экспериментальным практикам.
Кроме мостов между редакциями, онлайн-проекты активно движутся в сторону молодых авторов. Продолжает свою уникальную работу «Чемпионат поэзии им. В. Маяковского» в Библиотеке поэзии, но за это полугодие появились и новые проекты (перечислю, к сожалению, далеко не все): «летняя школа журнала на коленке», клуб письма Евгении Сусловой и Якова Подольного «Язык и жизнь», курсы «несовременника», проект «Бездарь» об автофикшн-письме, лаборатория «Протей» Ростислава Русакова об умении чувствовать поэзию всюду и самим конструировать её. Готовятся и другие (ещё более масштабные) проекты, появление которых, уверен, станет важным событием для новых авторов.
В среде новых авторов созрела (хотя, думаю, не иссякала) потребность в равностных разговорах о поэзии, потому что общение о стихах часто сводится либо к экспертной оценке и обучению, либо к ранящей критике. Чувствуя эту потребность, я решил сделать более открытой свою мастерскую и создать тг-канал «лесные авторы», где мы будем вне статусов и символических капиталов общаться о поэзии со всеми, кто захочет. На данный момент мы провели презентацию коллективного зина мастерской «Автор в лесу» и первые «Чуткие чтения».
2. В этом полугодии я наконец-то вчувствовался в удивительную книгу Галины Ермошиной «Двоеточие» и в сборники стихов Елизаветы Трофимовой «Книжка» и Анастасии Кудашевой «К будущему воссоединения».
Значительными для поисковой поэзии считаю выход романа «Разбирая огонь» Александра Уланова и ещё не изданный, но уже разбираемый на фрагменты «Овидий-роман» Егора Зернова. Возможно, это моя фантазия, но «Разбирая огонь» словно стал импульсом для молодых поэтов обратиться к экспериментальной прозе, хотя в духе новой поэзии всегда была интенция к размыванию границ между литературными жанрами, поэтому появление множества инновативных романов оставалось вопросом времени.
С удовольствием прочитал (и считаю очень важной) «Татуировку в виде косули» Александры Цибули, очень вдохновило издание книги Рэй Армантраут «Отчасти» (переводы Дмитрия Кузьмина) и сборника стихов Максима Дрёмова «Существа бессрочного протеста». В издательстве Neomenia переиздана «Хрусталики глаз звенят» Дарии Солдо и скоро появится книга Евгении Либерман «Мансарда с окнами на восток», которую я с удовольствием прочитал и считаю Евгению мощнейшей поэтессой. Открыл для себя арт-критика Джона Бёрджера, чьё прозопоэтическое эссе «Красная штора Болоньи» (перевод Андрея Сен-Сенькова) вышло в Ad Marginem.
3. Количество интересных авторов, на мой взгляд, безгранично. Жаль, что эта часть опроса станет перечислением имён, но я постараюсь в той или иной форме говорить/писать о каждом. За последнее полугодие открытием для меня стала поэзия Варвары Жигулиной, Дарьи Пановой, Александры Татариновой, Лёши Калачёва, Татьяны Платоновой, Насти Бегунковой, Кирилла Лопатина, Марии Логиновой, Сони Левиной. Вполне сложилась поэтика Евгении Рукавишниковой. Потрясающим чтением стали стихи Маргариты Голубевой и новые произведения Наташи Игнатьевой. Вдохновляют эксперименты и неиссякающая фантазия Наталии Алексеевой и Даниила Лодыгина, коллажи Сергея Хана, стихи Егора Лау, верлибры Василисы Коваль, мистицизм Андрея Чхалова, визуальная поэзия Анны Щербаковой-Калининой, трансовая поэзия Анастасии Елизарьевой, языковые опыты Виктора Ива и Марины Богдановой, звук в стихах Дианы Давлетбердиной. Не пропускаю ни одного стихотворения Лизы Хереш, Виктории Рыжовой, Татьяны Присталовой, Насти Головановой, Татьяны Грауз, Сафы Черновой, Алисы Вересовой, Александра Судаева, Дани Данильченко, Михаила Постникова. Наслаждаюсь новыми рассказами Сергея Трафедлюка и с нетерпением жду презентации книги Екатерины Божидай.
Ольга Девш, литературный критик, редактор отдела критики журнала «Лиterraтура», главный редактор портала «Дегуста»:
1. Событие в литературе ― вещь часто субъективная. Публикация в профессиональном литературном журнале для кого-то огромное событие, а кто-то свою первую книгу наконец держит в руках и это главное, или престижная номинация (равно как и невключение в премиальные списки) меняет мироощущение автора и влияет на продуктивность.
Объективного же уровня события организуют литературное пространство. Разумеется, из очевидного, это работа премий. «Большая книга» внесла изменения в свои правила, по которым «теперь лауреат в каждой номинации будет только один, и стать таковым писатель может только однажды» (Алексей Андреев, член Совета экспертов «Большой книги»). Первоначально я подумала, что строгость правил повлияет на энтузиазм писателей, особенно известных, но посмотрев на положительные реакции интересантов и отзывы специалистов, приняла необходимость ужесточения. Скорее всего, ограничения пойдут на пользу «Большой книге» и её существование действительно будет оживлять творцов и стимулировать развитие литературы.
К сожалению, о новшестве премии «Лицей» ― запрете на ознакомление на сайте премии с полными текстами финалистов, остались доступными лишь короткие фрагменты, как в прозе, так и в поэзии, ― так же позитивно не получится высказаться. В прозрачности премии, открытом доступе к конкурсным работам было неоспоримое преимущество «Лицея». Теперь же его нет, инструментарий премии утратил уникальность: имена финалистов уже засвечены в издательствах, которые, естественно, не желают выкладывать бесплатно в Сети то, что планируют издавать сиречь продавать. И новые молодые уже вроде как не совсем новые… Промоушен побеждает ломоносовщину.
А ещё «Новому миру» ― 100 лет. Редакцию журнала переселили: другой век ― другое помещение. Хоть и грустно, но символично. От перемены мест пускай ничего не меняется.
2. Многие книги, вошедшие в короткие списки «Ясной Поляны» и «Большой книги», достойны упоминания и, конечно, чтения. Лично мне по голосу автора, эмоциональному следу близки «Запасный выход» Ильи Кочергина и «Недрогнувшей рукой» Елены Холмогоровой. Оба рассказчика говорят о своей жизни, о своих силах и слабостях, и нет в их голосах ни упрёков, ни нравоучений, это не терапевтическая литература, а собирающая образы жизни в её отражение. Удивительно душецелительно. А на главные места претендует, мне кажется, «Сорока на виселице» Эдуарда Веркина.
Из обещающих взять большие высоты в ближайшем будущем выделила бы «Тинякова» Романа Сенчина и «Колокольчики Достоевского» Сергея Носова.
Однозначно привлечёт внимание профессиональной аудитории (и не только) недавно вышедшая книга Сергея Чупринина «Журнальный век». Из аннотации: «Она состоит из двух частей. Первая — “Двенадцать толстяков” — это сборник очерков об исторической судьбе старейших и наиболее известных периодических литературных изданий России. Вторая часть — “Вереница” — это справочник, содержащий краткие сведения обо всех оказавшихся в поле зрения автора русских “толстых” и “тонких” (равно “бумажных” и сетевых) литературных журналах, альманахах, серийных сборниках, газетах и вообще об изданиях, ставящих перед собою задачу публикации литературных произведений или их исследование».
3. Все удивившие ― молодые критики. В финале «Неистового Виссариона» в этом году отмечены, а значит, хочется верить, замечены, Кирилл Ямщиков и Данил Швед. Даже нынешний «Виссарион» Александр Чанцев благодаря новоприбывшим во полку всё-таки готов надеяться, что литературная критика как жанр, как фундамент русской литературы не умирает и не умрёт, ― есть люди, которые умеют и желают вести, направлять литературу на её непростом пути.
Иван Родионов, литературный критик:
1. Из того, что заметно. Во-первых, в 2025-м хорошо видно, как то, за что многие ратовали в последние лет двадцать, воплощается: углубляется тренд на литературный регионализм. Действие сверхновых прозаических книг зачастую происходит не только в столицах или абстрактном пространстве (и изредка — на Урале или Дальнем Востоке), но в конкретных, самых разных точках нашей страны. Лидеры здесь — Северо-Запад, Сибирь, а также Ростов-на-Дону, ставший местом сборки нашей «южной готики» (А. Подшибякин, А. Чухлебова, М. Чуфистова). Касается это веяние, что важно, и жанровой, формульной прозы — подростки со сверхспособностями теперь массово живут в мире славянской или какой-то региональной мифологии, а запутавшиеся кризисные герои сталкиваются со страшным не в стивенкинговских городках, но, допустим, в карельских лесах. Появляются и первые исследования этой тенденции, что тоже доказывает её зримость. Кроме того, в регионах появляются свои «книги места»: так, многомесячный лидер по продажам в волгоградском «Книжном» — книга Ольги Макеевой «Волгоградский алфавит». Это путеводитель по городу, но не традиционный глянцевый фолиант, а небольшое и по-хорошему стильное издание, в котором рассказывается не только о городских достопримечательностях или истории, но и о местных топонимах, сленге, современных локациях.
Во-вторых, что не может не радовать, появляется всё больше прозаических текстов о природе, животных. Точнее, они становятся заметными, видимыми. И это не веяние какого-нибудь иностранного «экофикшена», но органичное воскрешение нашей сильнейшей традиции, которая, казалось бы, заглохла в постсоветское время. Тут можно упомянуть и «Запасный выход» Ильи Кочергина, и ещё не опубликованный книгой (надеюсь, он скоро выйдет) большой прозаический текст Василия Нацентова.
Нащупывает новые подходы и биографическая проза. Например, в Редакции Елены Шубиной запущена серия «Жизнь известных людей», в которой писатели пишут о писателях: пока вышли книги Павла Басинского о Леониде Андрееве, Романа Сенчина об Александре Тинякове и Дмитрия Воденникова об Иване Бунине. Анонсированы и другие. Это вовсе не ортодоксальная биографическая проза: та же книга Воденникова — скорее большое лирическое эссе о Бунине, да ещё и с обратной хронологией.
Наконец, стоит упомянуть о об окончательном упадке, скажем так, «традиционной прозы миллениалов». Сколько-нибудь заметного молодого автофикшена и околоавтофикшена о травмах/жестоких отцах/психических особенностях/страшных болезнях в 2025-м году практически нет. И слава богу, если честно.
2. Несомненная книга последнего месяца (и, вероятно, далее) — «Москва майская» Эдуарда Лимонова, вышедшая в издательстве «Альпина. Проза». Удивительно: в последние лет -дцать жизни Лимонова критика не особенно замечала его книги — мол, лучшее он уже давно написал. А сейчас — бешеное количество отзывов и откликов. Возможно, одна из причин в том, что всем нам не хватает по-всамделишному нонконформистской прозы. Чтоб автор жестоко высказывался и язвил не по адресу своих близких (которые ничего ему не сделают) или собственного тела, но уверенно чихвостил известных современников, причём без всякого эзопова языка. Можете себе представить автора, который решился бы написать подобную книгу, допустим, о нынешнем литпроцессе?
Претендент на книгу года (и на главные отечественные премии) — «Сорока на виселице» Эдуарда Веркина. Веркин — герой не моего романа, но нельзя не признать, что сегодня он — один из немногих авторов, последовательно создающих собственную узнаваемую художественную вселенную.
Радует, что заметными становятся книги литературных критиков. Здесь стоит упомянуть сборник «55. Новое и лучшее» Алексея Колобродова (АСТ), а также целую россыпь книг, изданных издательством «Время»: «Текст и контекст» Натальи Ивановой, «Цель поэзии» Алексея Алёхина, «Главная русская книга» Вячеслава Курицына.
3. О молодых авторах в первую очередь могу судить по «Лицею» этого года. Помимо уже упомянутой прозы Нацентова, всем рекомендую обратить внимание на прозаические тексты Варвары Заборцевой, Ильи Подковенко, Максима Симбирёва. Если же говорить об известных авторах, лично меня очень впечатлила книга Романа Сенчина об Александре Тинякове. До этого я знал Сенчина как прекрасного прозаика, вдумчивого критика и публициста — оказалось, что и биограф он тоже незаурядный.
Елена Севрюгина, поэт, литературный критик:
1. По причине своей загруженности на работе я в последнее время не всегда успеваю следить за текущими литературными событиями. Тем не менее, что-то из происходящего показалось мне достойным внимания — как в плане обнадёживающих, так и в плане тревожащих тенденций.
Понятно, что никто из литературной среды не оставил без внимания вопиющий факт долгосрочного прекращения доступа к «Журнальному залу». До сих пор нет однозначного мнения о причинах кардинального сбоя в работе сайта. В силу целого ряда известных обстоятельств возникали мысли, связанные не только (и не столько) с технической стороной вопроса.
Слава Богу, сейчас ЖЗ уже частично (а точнее, до 2021 года) восстановил свой архив. Что будет дальше — посмотрим. И будем надеяться на лучшее.
В то же время радует, что работа отдельных литературных институций по-прежнему осуществляется своевременно и стабильно и на высоком качественном уровне. В частности, регулярно проходят (онлайн и в режиме реального времени) «Полёты разборов» с их бессменным ведущим Борисом Кутенковым, проводятся литературные конкурсы и фестивали («Русский Гофман», Волошинский фестиваль, «Левитов-фест», конкурс «Хижицы» и т. д.). Безусловно, многие мероприятия сейчас имеют соответствующую идеологическую направленность, но, слава Богу, не все. А значит, чистое литературное и в целом творческое пространство, свободное от политики, продолжает существовать. Доказательством тому — уже неоднократно упоминавшееся мной издательство «Синяя гора», сотрудники которого выпускают только качественную, креативную литературу для ума и души.
Стоит также отметить, что 4-5 июня в офлайн- и онлайн-формате была проведена конференция «Неотрадиционализм в литературе», организованная Институтом филологии, журналистики и межкультурной коммуникации Южного Федерального университета совместно с журналом поэзии «Prosodia». Просветительская и образовательная работа, вопреки всему, продолжается, и это главное.
3. Как всегда, я буду говорить преимущественно о тех книгах, которые либо читала, либо предварительно изучала в общих чертах.
Выделю, пожалуй, три значимых для меня работы.
Во-первых, это совсем недавно вышедшая в свет, в знаменитой серии «Уйти. Остаться. Жить», книга стихов и прозы Алексея Ильичёва «Праздник проигравших». Составитель книги — Борис Кутенков. Читателю открывается необычный мир необычного поэта, излюбленные темы которого — смерть и отрицание: мира, его законов, самого себя в своей земной ипостаси. Всем рекомендую обратить внимание на блестящее предисловие Ольги Балла, которое лично для меня стало отличным путеводителем по творчеству рано умершего поэта.
Безусловно, событием для мира литературы станет готовящаяся к выходу в свет книга Бориса Кутенкова «Критик за правым плечом». Эта необычная работа содержит заметки и эссе, размещённые в телеграм-канале Бориса. Подобный подход актуализирует важную роль соцсетей в процессе просветительской, культурно-образовательной деятельности. Думается, главная цель книги — напомнить литераторам об их истинном предназначении: «Литература нужна, сейчас огромное количество людей думает о ней, и нельзя отнимать у них это право и перетягивать в сторону общественно-политической повестки. <…>».
И, разумеется, нельзя обойти вниманием вышедшую в издательстве «Делаландия», при поддержке журнала «Лиterraтура», поэтическую книгу Нади Делаланд «Фигуры и тропы». Здесь сохраняются характерные для автора черты метапоэтики: камлание, шаманизм, стремление врасти в материнское лоно мира с его непрерывной репродуцирующей функцией. При этом стихи стали более лаконичными по форме, но более ёмкими по содержанию. Как будто маленькая капля воды или крошечный зелёный листочек разворачиваются перед глазами читателя в непрерывное послание от мироздания — космоса, который нас окружает:
в свете старости и смерти
в эпидермисе листвы
в воскресенье на рассвете
мы угрюмы и черствы
нас к метро бредет немного
мы шатаемся слегка
нам ужасно одиноко
мы видны издалека
если вдруг остановиться
сесть на землю или лечь
в вышине зависнет птица
и прервётся эта
3. Опять же, во многом благодаря проекту «Полёт разборов» и тому обстоятельству, что я в этом году стала соведущей Бориса Кутенкова и Андрея Козырева, я узнаю о многих интересных авторах, которых ранее не знала.
Один из них — Андрей Ткаченко. Его книга с необычным естественнонаучным названием «Делящийся на мир» наукообразна, интеллектуальна и поэтична одновременно. В целом она заставляет порадоваться тому факту, что в не столь отдалённой перспективе формы художественной речемысли смогут вызывать не только эстетическое наслаждение, но и потребность в системном, иерархически организованном познании мира.
Интересно было также познакомиться с творчеством уже зрелого автора Олега Фельдмана. Его поэтические размышления чем-то напоминают театр абсурда Эжена Ионеско. Главная идея книги Фельдмана «НИРАНОНИПОЗДНО» может быть сформулирована так: язык постепенно превращается в механический набор фраз и клише, которые не несут никакого смысла и не способствуют истинному общению между персонажами. Но преодолевать эту тенденцию нужно — даже необходимо.
Из уже известных авторов неизменно удивляют и восхищают Надя Делаланд, давно уже ставший классиком Владимир Гандельсман, плеяда молодых авторов, среди которых — Дариа Солдо, Егор Евсюков, Матвей Цапко и многие другие.
Валерий Шубинский, поэт, историк литературы, главный редактор журнала «Кварта»:
Начинать разговор следует с вещей печальных и неприятных. Литература, книгоиздательство, писатели в эти полгода подверглись атаке с двух сторон. С одной стороны — спровоцированные, вероятно, неугомонными доносчиками административные и судебные атаки на независимые издательства и книжные магазины. С другой — в самый что ни на есть подходящий момент стартовавшая очередная интернет-компания по выявлению чужих общественных грехов.
Тем не менее делается и издается много прекрасного. Новые книги стихов Вячеслава Попова, Влады Баронец, Ольги Аникиной, Григория Стариковского, Алексея Порвина. Наконец-то — дебютная книжка, хоть и небольшая по объёму, Софьи Дубровской. Удалось, посмертно, увы, издать последнюю книгу Богдана Агриса. В ближайшем номере «Кварты» будут очень важные, на мой взгляд, подборки новых стихов Дмитрия Гаричева, Вячеслава Аширова, Олега Петрова. Вышло большое собрание стихов Виктора Iванiва. В прозе — замечательные «Сивиллы» Полины Барсковой (Внесена Минюстом РФ в реестр иноагентов. — Прим. ред.). В литературоведении — интереснейшая книга Александра Скидана «Человек кончающий», включившая эссе про обэриутов. Наконец увидел свет после долгой редакционной работы фундаментальный двухтомник «Осип Мандельштам глазами современников», плод трудов Олега Лекманова, объявленного, увы, российскими властями иностранным агентом.
В центре моего внимания по-прежнему молодая поэзия. Здесь происходят свои процессы. С одной стороны, появляются новые, совсем юные талантливые поэты и критики, процесс этот не прекращается, и это прекрасно. С другой — может быть, начинается процесс некоторого мягкого растворения нового поколения старыми стратами, и я не уверен, что это хорошо. Поколение начала 2020-х годов принесло возвращение настроений и моделей высокого модернизма в сочетании с новым поэтическим языком. Но это не было, как мне кажется, вполне отрефлексировано самими молодыми, тут они в большей степени зависели от старших, от своих наставников. А некоторых из этих наставников, например, Андрея Таврова, того же Агриса, уже и физически нет. У самих молодых поэтов скорее есть большая дружеская тусовка и общепоколенческие институции (это, кстати, очень здорово, что все эти журналы, летние школы и проч. существуют), а людей с лидерскими задатками и внятными концепциями, как мне кажется, не хватает. Причём самых разных — и таких, как Кривулин, и таких, как Юрьев, и таких, как Дмитрий Кузьмин. Но может быть, сейчас другое время и всё работает иначе.
Владимир Коркунов, поэт, литературный критик, редактор журнала POETICA и книжных серий Neomenia и UGAR.kz:
1. Самым важным стало для меня возникновение новых проектов, которые инициировали люди с большим опытом в литературном процессе (в отличие от некоторых проектов условных новичков, созданных, как правило, для самопубликаций). В первую очередь, это эко-журнал «гало» Анны Родионовой и Леры Бабицкой и «Химеры» (в редакции Ксения Боровик, Екатерина Вахрамеева, Дорджи Джальджиреев, Максим Дрёмов, Марина Иванкова, Алексей Масалов), о начале работы над которым я слышал ещё несколько лет назад, и который мы, к счастью, дождались. А ещё минималистический проект PLUS MINUS Владимира Кошелева, в котором, помимо представленных на сайте текстов, уже вышло две книги: Жюльена Воканса («Сто взглядов на войну и другие хайку», перевод Дмитрия Кузьмина) и Джона Эшбери («37 хайку», перевод Кузьмина и Руслана Миронова; в самое ближайшее время книга придёт из типографии).
Трендом стало и появление ещё большего числа литшкол, курсов писательского мастерства и пр. Это полезное, в общем-то, дело представляется всё же неоднозначным: слишком много в сфере «инфоцыганства», торговли воздухом. Когда один поэт, опубликовавший первую подборку на «полутонах», создаёт свои курсы — и активно пиарит себя, своё творчество и свою «школу»… опасно смешиваются понятия «хорошего» и «плохого» (вызывая рефлекс «меня хотят обмануть»), подрывается доверие к действительно важным образовательным инициативам. (К тому же, заходя на сайты некоторых журналов-коллег, прежде чем прочесть тексты, нужно закрывать окна с навязчивой рекламой их курсов, пусть даже и отличных.)
При этом общение с человеком, который реально может что-то (пере)дать, наполнить тебя, «заразить» любовью к литературе, — крайне важно. Прекрасно, что такие пространства появляются. Важнейшими, возникшими в это полугодие, я назвал бы пространство «Язык и жизнь» Евгении Сусловой и Якова Подольного (обязательно позже присоединюсь к нему) и Новый литературный институт им. Рауля Хаусмана Владимира Кошелева (тоже хотел бы поучиться, но тут — как будет). Ещё мне кажутся значимыми образовательный проект scribendi Матвея Соловьёва и арт-лаборатория «Протей» Ростислава Русакова. Есть и другие симпатичные мне инициативы, такие как коллажные мастерские «журнала на коленке» и Библиотеки поэзии и др., — но обо всех не рассказать даже телеграфно.
Из конкретно литературных событий отмечу финал Московского чемпионата поэзии им. Маяковского, в котором одержала победу Евгения Либерман (что представляется заслуженным, учитывая весь наработанный ею опыт), а второе и третье место заняли Варя Жигулина и Григорий Санников (полноценно состоявшиеся авторы, с которыми я буду рад работать). Да и весь состав финалистов, пожалуй, — сильнейший за всё десятилетие Чемпионата. Кирилл Лопатин, Глафира Солдатова, Саша Лысенко, Кристина Ришко, Виктория Чайкина — в том числе за этими ребятами/девчонками наше литературное будущее.
Печальной новостью стало завершение проекта «Литреформа», который несколько лет вёл Илья Склярский. Это было место встречи молодых авторов, этакая взаимоподдержка голосов. А для кого-то, вероятно, первая рефлексия: выступления ребят записывались на видео и выкладывались вместе с комментариями коллег. В прошлом году мы с Владимиром Аристовым стали специальными гостями проекта — и я чувствовал важный эмоциональный взаимообмен, обоюдное внимание между всеми участниками чтений.
Назову и юбилей Ивана Ахметьева: классику минимализма, а что мне важнее, ещё и неутомимому исследователю литературы, — исполнилось 75 лет. Из потерь: не стало поэта и исследователя, создателя термина «метаметафора» Константина Кедрова, человека неоднозначного, но любимого студентами за порой провокативные и неравнодушные лекции.
Из печального отмечу кратно увеличивающееся количество литературных отмен, когда фигуранты не только меряются «белизной польт», считая всех сколько-нибудь несогласных с их частным мнением врагами/предателями etc., но, кажется, переходят все мыслимые этические грани. С одной стороны, это понятно: нервы почти у всех на пределе, и ещё вчера (и в мирное время) та или иная ситуация не вызвала бы шума и ярости; но всё же: как можете вы считать себя гуманистами и борцами за человеческие ценности, когда без зазрения совести и с доказательствами уровня «одна бабка сказала» начинаете уничтожать жизнь другого человека? Раз за разом, словно в шариковской фразе: «Сукины дети, в очередь!» Прекрасно понимая, что идеальной биографии не существует. При желании всех коллег можно отменить — в том числе вас самих.
Я не могу представить, чтобы в западном обществе тот или иной поэт взялся последовательно обвинять в социальных сетях других, жонглируя именами «подлецов», а не говоря, например о той или иной деструктивной тенденции или этически невозможном действии/позиции [за скобки, думаю, стоит вынести личные травмы, когда говорит жертва: но и тогда это должно быть 100% подтверждено фактами/пруфами, а не эмоциями]. Обвинителя бы в ту же секунду вычеркнули из хоть сколько-нибудь «рукопожатных» людей. И, вероятно, в скором времени порадовали серией исков.
Думаю, если бы возник журнал «Отменённые», он моментально стал бы одним из самых читаемых изданий.
2. Обилие прекрасных книг позволяет смириться с описанной выше ситуацией. Чтобы не занимать слишком много журнального места, только обозначу самые интересные для меня книги, вышедшие в последние месяцы:
Рэй Армантраут, «Отчасти» (перевод Дмитрия Кузьмина). М.: SOYAPRESS, 2025;
Ульяна Мор, «Из серии “500 блэкаутов”». М.: Территория ноль тысяч, 2025
Милорад Павич, «Лунный камень» (перевод Анны Ростокиной). М.: Эксмо, 2025
Виталий Лехциер, «Гейдельбергский человек». Озолниеки: Библиотека журнала Воздух, Поэзия без границ, 2025
Максим Дрёмов, «Существа бессрочного протеста». Озолниеки: Библиотека журнала Воздух, Поэзия без границ, 2025;
Ольга Зондберг, «Крестоцветы». Озолниеки: Библиотека журнала Воздух, Поэзия без границ, 2025;
Александра Цибуля, «Татуировка в виде косули». М.: Новое литературное обозрение, 2025;
Егор Зернов, «Овидий-роман». М.: Новое литературное обозрение, 2025;
Евгений Никитин, «Израильские рассказы». Кфар-Саба: Книга Сефер, 2025;
Сергей Круглов, «Ангел недостоинства». М.: ГРАНАТ, 2025.
Пользуясь возможностью, отмечу и некоторые книги, в которых я выступил как редактор/куратор. Это переиздание сборника «Хрусталики глаз звенят» Дарии Солдо (этакая «режиссёрская версия»; добавлю, что Даша в это же полугодие стала соредактором/сокуратором всех созданных мною литпроектов: и это полноценное, надеюсь, разделённое счастье). Ещё это дебютные книги Валерия Горюнова «Заметки о взрослении земли» и Евгении Либерман «Мансарда с окнами на восток» (я рад, что Женя пополнила редакцию журнала POETICA, — это важнейшее и личное, и профессиональное обретение). Книга Ивана Полторацкого с провокационным названием «Мой күй»; поэтико-графический альбом Андрея Сен-Сенькова, Асии и Кадыржана Хайрулиных «Стихотворения, сидящие на двух стульях»; сборник Юлии Закаблуковской «И маленькие гладкие собачки». Получается, и у нас есть некий вклад.
3. Постараюсь коротко, тем более Варю Жигулину, Кирилла Лопатина и Глафиру Солдатову я уже отметил. Добавлю имена Виктора Ива, Марии Кривовой (чьи тексты стали приятным личным открытием), а ещё Михаила Бешимова и Софьи Прохоровой. Меня подкупила серьёзность и вдумчивость Миши, смелость браться за по-настоящему интересные темы; его исследовательская жилка, всегда особо ценимая мною. Что-то подобное я увидел и в Соне: рад её первым комментариям в «Метажурнале», в которых чувствуется ответственность за каждое сказанное слово; и, хочу отметить отдельно, — коллажные мультипликационные стихотворения, аналогов которым не видел.
Оговорюсь, что это всего несколько имён, которые я имел наглость выделить, тогда как мне важны все авторы и авторки, с которыми я работал в минувшее полугодие (и ранее).
А с авторами старшего поколения всё как всегда: те, кто радовал, продолжают это делать (при всей карнавальности, стихи Кота Мандельштама хороши), а кто деградировал и ныл — продолжают «радовать» и этим, показывая, как важно ни на секунду не останавливаться в развитии.
Мария Бушуева, прозаик, литературный критик:
1. Запомнился тем, что АСПИР прекратил работу, и это жаль: объединение писателей разных направлений происходило мягко, без усилий. Конечно, порой поездки, презентации, литературные резиденции доставались «близко стоящим» (лично я к таковым не относилась), но в АСПИРе было много хорошего, что перевешивало минусы, привычные для творческой среды. Писатели ощутили живую атмосферу литературной жизни. Получится ли выстроить на фундаменте Союза писателей России АСПИР 2.0 — не знаю. Но хочется, чтобы обкатанный проект не пропал.
2. «Значительные» — определение, претендующее на объективность, отражающее нечто весомое. Юбилейное избранное Рады Полищук «Пишу свою жизнь набело» (М.: У Никитских ворот, 2025) вполне определению соответствует: книга значительна по содержанию (проза, стихи, воспоминания, отзывы современников) и по объёму. При чтении корневых почвеннических рассказов вспоминался Шолом-Алейхем, из более близких — Фазиль Искандер.
Совсем другой оттенок определению придаёт сборник стихов Алексея Ильичёва «Праздник проигравших» (М.: Выргород, 2025), вышедший в серии «Поэты антологии “Уйти. Остаться. Жить”». Отдаю должное благородному труду составителей. Если талантливый автор погиб в 25 лет (Алексей Ильичёв утонул), значительный смысл приобретают даже его черновые наброски.
Третий смысловой ракурс определения «значительные» — тематический. Тема русского Севера в книге Владимира Личутина «Груманланы» (М.: Вече, 2025). Груманланы — сильные бесстрашные поморы, ходившие на парусно-гребных судах (кочах) к архипелагу Шпицберген (Грумант). Автор объяснил: «Я пишу не роман в образах и картинах, но документальное полотно с художественными заставками». Публицистические рассуждения — в границах антизападничества, идущего ещё от старообрядчества. Документальные сведения из истории — просто интересны, а вот «художественные заставки» — великолепны. Наверное, немногие знают, что в Мезени открылся дом-музей Владимира Личутина. Читатель или отбросит книгу, посчитав самобытный язык автора сложным и архаичным, или, наоборот, открыв прозу Личутина как удивительный материк, навсегда станет литературным «помором», поверив в личутинский мир «невидимый, но живой».
Книга рассказов Дениса Липатова «Взятие снежного городка» (М.: Стеклограф, 2025) значительна, наверное, неким итогом, важным в первую очередь для самого автора. Денис Липатов, рассказчик по типу дарования, умеет неожиданно развернуть сюжет и показать разные характеры, уплотняющиеся до социальных типажей. Здесь и современный Чичиков (мнимый Благодетель), взбирающийся по лестнице власти, и старый бизнесмен, потерявший память, но обретший совесть, и многие другие узнаваемые герои нашего времени. У критиков могут возникнуть претензии к некоторым рассказам, но человечность, ставшая раритетом, — вот что особенно в книге ценно.
4. Да, для меня такой (заново мной открытый) автор — Степан Гаврилов. Отмечу две публикации: «Три рассказа, и все об одном…» («Дружба народов», 2, 2025) и аллегоричный «Гул» («Знамя», 3, 2025). При чтении «Гула» вспомнилось, что выходил роман Владимира Злобина («Сибирские огни», 2017) с тем же названием. Но у Злобина это подземный гул народной стихии, у Гаврилова — скорее, улавливаемый некоторыми людьми трансперсональный сигнал, мешающий жить, смещающий восприятие и вызывающий что-то близкое цифровой фобии. Гаврилов — автор с богатым диапазоном: от жёсткого психологизма до цветастых авангардистских опытов, от контркультурной остроты до сдержанного мелодраматизма. Не успела прочитать его новый роман «Смеси и грязи» (М.: directio libera, 2025), но, думаю, стоит, поскольку Степан Гаврилов в определённом смысле социальный локатор.
Шевкет Кешфидинов, прозаик, литературный критик:
1. Увы, бесконечными разборками запомнится мне первое полугодие 2025 года. Когда одни авторы обвиняют других в нечестной игре, а третьи либо молча злорадствуют, либо, что ещё хуже, подливают масла в огонь. Тучами, которые нависли над издательствами и книжными магазинами. Неработающим сайтом «Журнальный зал». Совершенно не убедительными, на мой взгляд, длинными и короткими списками литературных и критических премий.
Литературные тенденции, как мне кажется, сегодня можно разделить на две линии: блистательная мемуарная проза и фантастический мир с разнообразными, даже странными ингредиентами, делающими книжное блюдо порой совершенно несъедобным. Современные авторы как будто всё больше интересуются локальными мифами, особенно в жанре хоррора и мистики («Сапсыга», «Лес», «Раз мальчишка, два мальчишка», «Семь способов засолки душ» и др.) Истории всё чаще происходят вдали от Москвы и Петербурга — в Новосибирске, Мурманске, Алтайском крае. Эта вторая линия, которую я упомянул, находится довольно далеко от меня, поэтому, отвечая на ваш следующий вопрос, я приведу примеры мемуарной литературы.
2. «Халатная жизнь» Зои Богуславской (халатная от слова «халат»). Книга строится на расшифровках рассказов Зои Борисовны Богуславской. Получилось независимое высказывание о самых непростых временах, в основе которых «соперничество и ненависть ко всему, что выше тебя» и самых ярких людях эпохи. В книге упоминается множество известных имён: Высоцкий, Табаков, Любимов, Аксёнов, Солженицын, Битов, конечно, Андрей Вознесенский. Всё это делает книгу своеобразной энциклопедией культурной жизни Москвы (и не только) за последние 80 лет. Важно, что на этом ослепительном фоне не теряется автор: смелый, свободолюбивый и бесконечно харизматичный.
«Недрогнувшей рукой» Елены Холмогоровой. Это не просто воспоминания о событиях. В книге автор делится своим внутренним миром, рассказывает о личном росте и развитии. Часто обращается к осмыслению исторического фона, на котором разворачивалась её жизнь. Тут, по-моему, самое ценное, что Елена Сергеевна Холмогорова не стремится быть судьёй, морализатором, наставником. Здесь она приятный собеседник, говорить с которым честь и удовольствие.
Двухтомник «Жизнь и труды Марка Азадовского». С помощью множества архивных и печатных документов книга повествует о жизни крупнейшего учёного-гуманитария в России XX века Марка Константиновича Азадовского (1888—1954). Читатель следует по его пути: от детства в Восточной Сибири до последних дней в Ленинграде. Особое внимание уделено его замыслам и начинаниям, которые по разным причинам не были реализованы. Автор книги — Константин Азадовский, историк литературы, германист и переводчик, сын Марка Азадовского.
3. Начну с книги, о которой многие слышали. Я не уверен, что она вписывается в указанные вами сроки, но всё же хочу о ней обмолвиться. Это роман «Испепелённый» Александра Мелихова. С текстом я познакомился недавно. Книга очень сложная по теме, излишне многословная, но в целом невероятно сильная. Она о личной трагедии, которая к финалу оборачивается неким надбытийным противостоянием, рассказывающим о человеке, который не сумел взлететь, о своеобразном Антиикаре. Эту книгу стоит читать и перечитывать, желательно не торопясь.
Что касается дебютантов… Обращу внимание читателей на роман Кристины Эмих «Дорогая Клара!», он основан на переписке главных героев и охватывает двадцать лет: с 1936 по 1956 год. У меня есть много вопросов и даже претензий к тексту, но я считаю, что тема, затронутая автором, — выселение поволжских немцев — важна для обсуждения в современном обществе. Если нам не хватает смелости говорить о настоящем, давайте хотя бы честно обсудим преступления прошлого.
Андрей Грицман, поэт, главный редактор журнала «Интерпоэзия»:
1. Первое полугодие 2025-го, к сожалению, ознаменовалось практически закрытием «Журнального зала», доступны только публикации до 2022-го года. И неизвестно, что произойдёт с рядом публикаций, включая 2021-й год. Это значительно меняет стратегию и практику литературного процесса на русском языке и вызывает ещё большее разделение русской литературы на «внутри РФ» и «вне». В дополнение к этому перестали функционировать ещё несколько литературных интернетных ресурсов, которые облегчали знакомство с текущим литпроцессом.
Очевидно, пришло время создавать альтернативный «Журнальному залу» интернетный ресурс современной русской (или, как теперь модно говорить, русофонной) литературы.
Различные издания и мировая Сеть наводнены потоком текстов весьма различного качества, имеющих отношение к войне. И на самом деле не всегда отражающих экзистенциальный кризис нашего времени.
См. моё недавнее эссе в «Новом журнале» «Отказ от стихов?» (стр. 266)
2. Это, естественно, мой личный субъективный отбор. Я не являюсь книжным обозревателем или критиком.
Это издания, которые меня заинтересовали и которые я считаю значительными:
Владимир Гандельсман. «Изъятие. Стихотворения 1973- 2023. Изъятие. ESTERUM PUBLISHING.
Рюдигер Сафрански. «Кафка. Пишущий ради жизни». Перевод с немецкого С. Мухамеджанова. АСТ, Москва.
Stephanie Sandler. The Freest Speech in Russia. Poetry Unound, 1989 — 2022. Princeton.
«Полка. История русской поэзии». Альбина Паблишер, 2025. Критика данного издания см. ниже:
Андрей Грицман. «Комментарий к “Истории русской поэзии” проекта «Полка».
Евгений Абдуллаев. «От “Задонщины” до Васякиной. О новой “Истории русской поэзии”».
3. Большая утрата русской поэзии — уход замечательного лирика, настоящего мастера Бахыта Кенжеева. (Бахыта Кенжеева не стало летом 2024 года. — Прим. ред.) К великому сожалению, с его уходом закрыта важная страница русской поэзии, некий эталон лирической поэзии.
Меня всегда интересуют и поражают стихи Людмилы Херсонской, Ирины Иванченко, Нади Делаланд.
Из новых имён молодых поэтов я бы обратил внимание на Ксению Правикову (Москва, Химки) и Олесю Цай (Ташкент).
Наш ежегодный конкурс молодых поэтов «Интерпоэзии» (до 30 лет) имени Виталия Науменко всегда открывает новые имена талантливых поэтов и подтверждает, что у русской поэзии есть будущее! Я весьма рекомендую обратить внимание на публикации призёров этого конкурса в нашем журнале.
Гора Орлов, литературный критик, редактор журнала «Дискурс»:
1. У Ксении Голубович — сейчас точка экстремума. Сперва долгодуманная книга о ненасилии «В итоге… быть странником», затем — об Ольге Седаковой «Постмодерн в раю» (из искусствоведческой, литературовеческой и философской позиции), теперь НЛО выпустили ее обе две ее книги в одной: «Русская дочь английского писателя» и тут же «Сербские притчи» — обе посвящены поискам ускользающей идентичности. Одна из книг — также исследование поэтики Йейтса как представителя англозыченого мира.
Продолжает набирать скорость исследователь Дмитрий Цыганов. Сейчас — не без помощи интеллектуального напарника Владимира Турчаненко «Пушкин наш, советский!» — о мифе нашего всего при советах. До этого — Цыганов также о том времени — о Сталинской премии и чем она была важна для самосознания людей. (Книга ««Сталинская премия по литературе: культурная политика и эстетический канон сталинизма», НЛО, 2023. — Прим. ред.)
Стоит также упомянуть о небольшой книжечке Оксаны Тимофеевой «Мальчики, вы звери», где ученица виднейшего культурного антрополога Валерия Подороги анализирует фрейдийские сюжеты. Тимофееву волнует философия нечеловеческого: животного.
Из событий — погромы независимых книжных, интеллектуальной литературы.
2. Много ждали перевод «K-punk» Марка Фишера — «левого» музыкального критика, писавшего также и о депрессии. В своих маргиналиях он развивал идею хонтологии культуры (если по-простому, то писал о призрачном (не в эзотерическом смысле) в искусстве. К книге уже успели предъявить претензии, что в переводе мала; однако даже в оригинале она хотя и имела более значительный объем, но тоже была избранным.
3. Поп-философ Максимилиан Неаполитанский читает лекции: «Кризис романтических отношений», «Кто раскалывает любовников?», «Любовь и дружба в обществе негативных отношений». Вышел его «Путеводитель по геофилософии от Делeза и Деррида до Агамбена и Латура».
Андрей Мягков, прозаик, литературный критик, редактор портала «Год литературы.рф»:
1. Штрафы книжным магазинам, задержанные сотрудники Popcorn Books и Individuum, над которыми нависло уголовное дело о «пропаганде ЛГБТ» («международное движение ЛГБТ» признано экстремистским и запрещено в России. — Прим. ред.), закрытие АСПИР в начале года — других тенденций, как говорится, у меня для вас нет. И хотя не всё из перечисленного можно описать щетинистым словом «цензура», описание без него выйдет неполным.
Из чего-то более литературного: сборники рассказов всё чаще издаются и как будто всё чаще становятся событием, даже дебютные: на весеннем Non/fiction, например, в топ-3 продаж у «Альпины» как раз вошли два дебюта, «Хрустальный дом» Юлии Лукшиной и «Ночь между июлем и августом» Дарьи Золотовой. Меня как пропащего любителя малой прозы это радует и даже самую малость ободряет.
2. Не уверен, что «значительный» здесь подходит — но хотелось бы повесить какое-нибудь такое слово на тоненький сборник Алексея Колесникова «Укрытие». Колесников вроде и в «Лицее» мелькал, и в лонг «Большой книги» в этом году пробирался, но он кажется мне ужасно недопрочитанным автором. Его прифронтовые рассказы порой излишне коренастые, спотыкающиеся, но так они глубоко дышат и так переливаются всеми оттенками человечности, что ни в какое укрытие от неё не спрятаться.
3. Нет, пожалуй. Разве что могу порадоваться за Светлану Павлову, подарившую мне одно из самых приятных читательских впечатлений прошлого года. Кажется, «Сценаристка» (ещё готовящаяся к выходу) получилась у неё ничуть не хуже «Голода» — а стабильность в 2025 году удивляет ещё как.
Александр Переверзин, поэт, главный редактор журнала «Пироскаф»:
1. Запомнилась новость о начале съёмок голливудского фильма «Dennis» о Денисе Новикове, который будет снимать известная актриса и адресат новиковских стихотворений Эмили Мортимер. Наконец-то люди, знающие, кто такой Борис Рыжий, узнают о том, что есть и другие поэты.
2. «Быстротеченск и окрестности» Вячеслава Попова (издательство «ОГИ»), «Сочинения» Феликса Чечика (издательство «Синяя гора»), «Букволюбие.txt» Германа Лукомникова, «Время других» Евгения Бунимовича (обе — издательство НЛО).
3. Весной я работал в премии «Лицей», видел много интересных молодых авторов, но почти всех из них я знал по публикациям в литературной периодике или социальных сетях. Открытием в полном смысле этого слова для меня стала шестнадцатилетняя Алиса Каширина, которая была в длинном списке «Лицея» и которой совсем немного не хватило для попадания в финал.
Евгений Кремчуков, поэт, прозаик, литературный критик:
Если говорить о нашем литературном процессе, то главным (и очень печальным, я полагаю) событием первой половины 2025 года стало прекращение деятельности Ассоциации союзов писателей и издателей России (АСПИР). То, что успела сделать АСПИР для современной русской литературы за недолгие, увы, годы своего существования, вызывает у меня чувство невероятного восхищения. Восхищения работоспособностью их команды, широтой охвата «литературного поля», необыкновенной вовлечённостью, прекрасной организацией и неизменным сердечным теплом, с которым всё это делалось. Вот что действительно важно: все многочисленные проекты, реализованные и в Москве, и в регионах России, и за рубежом, в АСПИР никогда не проводились «для отчётности» — но всегда с горячим, искренним стремлением сделать нашу литературную жизнь лучше и ярче. Мне кажется, можно сказать, что в своей деятельности Ассоциация руководствовалась афоризмом из замечательной эпиграммы-грука Пита Хейна: «Сумма талантов равна их разности, а сумма бездарностей — сумме». В литературе, наверное, это заметно лучше всего: она развивается и прирастает не путём механического «сложения столбиком» одинаковых голосов, а только через приумножение «разностей». Много, невероятно много делалось в АСПИР для этого: и всероссийский Форум молодых писателей, наследовавший знаменитым «Липкам», которые проводились ранее фондом С. А. Филатова, и сохранивший липкинский смысл и дух; и региональные писательские мастерские; и литературные резиденции для писателей; а ещё и творческие командировки, и писательские встречи с читателями в больших и малых городах, и участие в фестивалях и книжных выставках по всей России и в других странах, — этот перечень можно продолжать и продолжать (как хотелось бы продолжать!)… Я поймал себя на мысли о том, что всё сказанное выглядит так, будто мы смотрим в прошлое из той точки зрения, которая установлена жанром «некролога». Однако дело обстоит иначе. Во-первых, это вовсе не некролог, а слово моей глубокой сердечной благодарности за то прекрасное дело, которое делалось АСПИР для русской литературы и которое, я уверен, оставит по себе не одну лишь «светлую память», а живые проросшие зёрна. И во-вторых, я надеюсь, что этот опыт так или иначе окажется востребован в будущем (хотелось бы, конечно, чтобы — ближайшем), будет перенят той объединённой писательской структурой, которая сейчас у нас формируется.
О том, что «преемственность», упомянутая мной выше, не только возможна, но и прекрасна, напоминает случившийся в январе 2025 года столетний юбилей великого журнала «Новый мир», с которым я сердечно поздравляю редакцию журнала, его авторов и читателей! Это очень большое событие. Честно говоря, просто головокружительное, если вообразить себе гигантскую историческую — и литературную — дистанцию между 1925 и 2025 годами, если представить себе, сколь многое вместило в себя это столетие! И, возможно, нынешний юбилей «Нового мира» привлечёт дополнительное внимание и к нему, и ко всем толстым журналам, которые всегда были и, несмотря ни на что, остаются важнейшей частью действующей русской литературы.
[1] Внесена в реестр иностранных агентов Минюстом РФ
