Пётр Воротынцев // Формаслов
Пётр Воротынцев // Формаслов

Я могу говорить!
Из первой сцены «Зеркала» Андрея Тарковского

 

«Чебурашка» вышел на экраны в первый день 2023 года. Поистине, как встретишь так и проведешь. Кинематографический 2023-й в России, вне всякого сомнения, — год «Чебурашки». Дело не в существенном коммерческом успехе, а в подлинном интересе к фильму. Не слишком изощренная по киноязыку картина срезонировала и выстрелила. «Чебурашка» — феномен не столько кинематографический (тут откровений нет), сколько культурологический и социологический.

Фильм привлек внимание всех категорий публики: начиная от детей, первый раз пришедших в кинозал похрустеть попкорном, заканчивая рафинированными синефилами. Кто-то после просмотра чувствовал себя окрыленным, кто-то разочарованным, фильм критиковали (есть за что) и иногда сдержанно хвалили. Но факт, что посмотрело его так или иначе огромное количество зрителей.

"Чебурашка". Кадр из фильма // Формаслов
“Чебурашка”. Кадр из фильма // Формаслов

Наиболее очевидная причина прокатной удачи — сама жизнь. Утомленные думскроллингом люди изголодались по доброте. Этот фактор сбрасывать нельзя, но он далеко не единственный. Гораздо важнее, как фильм придуман. В «Чебурашке» хватает поверхностных штампов и легко прогнозируемых ходов. Да и к качеству анимации есть вопросы. Берет «Чебурашка» иным. У картины одно несомненное достоинство: в ней много эмоциональных и тематических ярусов, что позволяет охватить самый широкий спектр зрительских ожиданий и эмоций. Благодаря полижанровому строению фильм палит сразу по многим мишеням. Сказочность «Чебурашки» отвлекает от тягот жизни и текущего момента, ностальгический нарратив погружает в светлую меланхолию, мелодраматический накал давит на слезные железы, а дидактический посыл (будь добрым и честным) помогает расположить правильные внутренние координаты. Можно разглядеть в «Чебурашке» и актуальную тему победы над стереотипами о другом, поиска идентичности, утешающую мысль, что инаковость это не страшно и не стыдно, а даже почетно. Да, Чебурашка не человек и не звереныш (в зоопарке ему не работать из-за уникального происхождения), а просто Чебурашка. «Я — Чебурашка», — растягивая слоги (озвучивает Ольга Кузьмина), произносит герой в конце. Чебурашка — это звучит гордо.

В жизнь обобщенного южного городка N, где живет угрюмый садовник (растения он любит гораздо больше, чем людей) Гена (Сергей Гармаш) происходит вторжение чуда. В далекой Испании закручивается смерч, приносящий в российскую повседневность дождь из апельсинов. Апельсин в испанской культуре — знамение счастливой любви, плод, имеющий несомненную положительную ассоциативную нагрузку. Апельсины обрушиваются на улицы как огромные рыжие градины. Вместе с цитрусовыми на курорт приземляется и неутомимый поедатель апельсинов Чебурашка. После Чебурашка попадает в дом Гены и приводит в движение его многочисленные рабочие инструменты, запуская механизм обновления жизни. Гена поначалу не жалует Чебурашку, но после, конечно же, примет и полюбит. Но однажды и отречется.

Южный городок (снимали в Сочи, Ессентуках и Пятигорске) — полусонная Аркадия, зависшая в трудно идентифицируемом времени. Отчетливо угадывается в жилье Гены советский антураж: проводной телефон крокодильего цвета, гармонь, котелок, как у побратима из мультфильма.  Быт Гены и его облик транслируют мысль о потерянном рае прошлого. Но легко прочитывается и современный глянцевый лоск (никто правда не пялится в смартфоны, их нет вообще, что сказочное допущение более фантастическое, чем прилет Чебурашки). Если старомодный Гена — аллегория неотрефлексированного советского времени, то бизнесвумен Римма (реинкарнация Шапокляк) с барскими замашками — олицетворение постсоветского. Римма желает все и всех купить и подкупить. Только лишь внутреннюю боль и совесть не подкупишь. Играет Шапокляк Елена Яковлева, которая служит с Сергеем Гармашом в одном театре («Современнике»). Их актерское взаимопонимание эталонно.

"Чебурашка". Кадр из фильма // Формаслов
“Чебурашка”. Кадр из фильма // Формаслов

В южнороссийской Аркадии вечное лето, самое вкусное мороженое, отзывчивые люди, неподкупные милиционеры, а конфликты с «нехорошими» людьми разрешаются мирно. Все предсказуемо сводится к идее — «Ребята, давайте жить дружно», как изрекает герой другого советского мультфильма. Но дружная жизнь — ремесло нелегкое. Путь к миру — серпантин извилистый и требует сверхусилий.

Ощущения, что все будет непременно хорошо, в концовке нет. Создатели фильма не переслащивают. Скорее, застывает неуютная неопределенность. Гена с Чебурашкой рассекают на мотоцикле по мосту. Мост — архитектурный объект, символизирующий промежуточность бытия, момент перехода. Вот только направление этого перехода неизвестно. Да и куда вообще Гена собрался, почему покидает родной город? Неужели эмигрирует? Чебурашка, к слову, катается большую часть фильма на руле (напоминание о знаменитом анекдоте про ушастика), пародируя сцену из «Титаника» на носу корабля. Киноцитата из «Титаника» не единственная в «Чебурашке». В лестнице, по которой задорно несется в тележке, нагруженной апельсинами Чебурашка, явно усматривается одесская лестница из «Броненосца Потемкина». Римма появляется на празднике шоколада в образе героинь Любови Орловой из комедий Григория Александрова. В ее одежде со шляпкой узнается и Анюта из «Веселых ребят», и Марион Диксон из «Цирка».

Режиссер Дмитрий Дьяченко активно привлекает и адаптирует ностальгические советские мифологемы вроде космоса, ракет, мороженного, досуга в виде шахмат или салюта (в «Чебурашке» из шоколада). Но даже самые официозные (космическая ракета) культурные коды в «Чебурашке» лишены воинственности, одомашнены. Как одомашнен Геной Чебурашка. Гена учит Чебурашку азбуке, а Чебурашка преподает наставнику азбучные истины милосердия и всепрощения. Перед нами просто жизнь, где не надо совершать сверхчеловеческих подвигов во имя гигантской идеи, ибо самый великий подвиг и вызов — простить и попросить прощение. Гена налаживает контакт с дочерью (Полина Максимова, любители сериалов знают эту актрису по роли следователя в триллере «Оффлайн»), Чебурашка прощает предавшего Гену, Шапокляк извиняется пред всеми и надтреснутым голосом делится своей семейной драмой. Круговорот прощений. Всеобщая амнистия объявляется на день рождения Чебурашки. Герои сидят за общим столом, как апостолы во время Тайной вечери, а Гена поет под гармошку песню Владимира Шаинского про день рождения. Это день рождения и перерождения всех, момент отбрасывания прошлого.  

Главный внешний конфликт «Чебурашки» — битва двух шоколадных фирм. Огромной корпорации с приторным названием «Радость моя» и небольшого магазина, в котором трудится дочь Гены Таня. Монополии, штампующей шоколадки на конвейере, и уютной крафтовой лавки, где каждая сладость сотворена руками и душой. Жизнь Тани и ее семьи не сахар, а если и шоколад, то горький. В поте лица добывает семья шоколад насущный. Шоколадный Голиаф, возглавляемый Риммой, мечтает поработить Давида, чтобы раздобыть уникальный рецепт. У Риммы есть помощник Ларион (прообраз крыска Лариска), портящий жизнь Тане и ее магазину. Лариона эксцентрично и гротескно сыграл Дмитрием Лысенков. Даже носом он дрыгает как крыска. Однажды Ларион запустит себе подобных в магазин конкурентов. Но в самый нужный момент этот скользкий тип поучаствует в спасении сына Тани. Есть абсолютные ценности как жизнь человека, о чем «Чебурашка» и напоминает, что лишним никогда не бывает.  

На празднике шоколада сын Тани Гриша по стечению обстоятельств забирается в ракету. Аппарат взмывает вверх. За Гришей ввысь устремляется (спасибо ушам за аэродинамику) Чебурашка. Они с мальчиком пронесутся над городом шагаловским полетом и благополучно приземлятся. В отличие от супруги Гены Любы (Марина Коняшкина). Она разбилась много лет назад на дельтаплане, после чего жизнь Гены сломалась: он потерял контакт с дочерью и превратился в нелюдима.  Молодого Гену во флешбеках исполняет Артем Быстров, актер по своему типажу и темпераменту поразительно рифмующийся с Сергеем Гармашом. Чебурашка для Гены — медиатор, помогающий восстановить взаимоотношения с Таней и психотерапевт, облегчающий боль изувеченной памяти. Идеальный собеседник: с ним можно поговорить, ему можно выговориться.

"Чебурашка". Кадр из фильма // Формаслов
“Чебурашка”. Кадр из фильма // Формаслов

Центральная тема «Чебурашки» — обретение речи, голоса, отказ от насупленно-обиженного молчания. Молчание губительно, молчание деструктивно. Родители Гриши переживают из-за задержки речевого развития сына. Не помогает ничего. Неговорящий Гриша исцеляется лишь благодаря Чебурашке. В фильме Андрея Тарковского «Зеркало» есть загадочный эпиграф. Заикающийся юноша на сеансе терапии после тяжких попыток обуздать стихию речи исторгает из себя: «Я могу говорить!» «Чебурашка» про прорыв к речи, подлинному диалогу, про обретение права на слово. Я могу говорить, я хочу говорить, я буду говорить!

Фильм не возносится до художественных озарений, но диагностирует проблему нашего общества с точностью термометра. Мы все еще страдаем от дефицита диалога, а подчас и избегаем его. На дне рождения Гриши на прямой вопрос Гены «Может, поговорим?» Таня отмалчивается. Вот оно прямое столкновение слова и тишины, речи и замалчивания, заканчивающееся всеобщим поражением. Осмыслять прошлое (что частное, что историческое) можно лишь одним способом — проговаривать, вербализовывать травмы и обиды. Честно и с неизменным состраданием к другому. На бумаге выглядит красиво, но как же реализовать эту программу на практике? Непрост рецепт шоколада, но рецепт диалога намного сложнее.  

 

Петр Воротынцев
Пётр Воротынцев — автор колонки про искусство, кино и театр в «Формаслове». Литератор, кандидат искусствоведения, доцент кафедры Истории театра и кино Института филологии и истории РГГУ. Автор статей о музыке, кино, театре и спорте, а также книг «Чешский смех» (2018, «Геликон Плюс»), «Джорджо Стрелер. Музыкальность как принцип режиссуры» (2012, LAP Lambert Academic Publishing), «На сцене: история театра» (2020, «Пешком в историю»), «Заведение» (2023, «Геликон Плюс»). Участник научных конференций, посвященных вопросам искусства. Один из организаторов ежегодной международной научной конференции «Юткевичевские чтения», проходящей в РГГУ и ГИИ. Сфера исследовательских интересов: опера, театральная режиссура, искусство Чехии и Италии, музыкальный театр, оперный вокал, кинематограф. В 2022 году повесть «Заведение» и рассказы Петра Воротынцева вошли в лонг-лист премии «Лицей», в 2023 году пьеса «Чат редкой болезни» попала в лонг-лист конкурса «Ремарка», а сборник прозы «Заведение» в лонг-лист «Большой книги». Дипломант конкурса АСКИ «Лучшие книги года» в номинации «Лучшая книга для детей и юношества». Живёт в Москве и Праге.