Актриса и культурный обозреватель Елена Минская // Формаслов
Актриса и культурный обозреватель Елена Минская. Журнал “Формаслов”

Каждая страна в нашем восприятии имеет свой набор символов. Франция – это Эйфелева башня и стиль, Италия – мода и спагетти, Бразилия – карнавал и пляжи. Мексика – это «наше все сразу» для туриста. Текила и сомбреро, пирамиды и сокровища, Фрида и Троцкий. Ну и конечно, легендарная «Бесаме мучо». Да-да, этот хит всех времен и народов написала 16-летняя мексиканская девушка Консуэло. Что же это за страна, вдохновляющая на такие песни?

Мехико: главное правило – никаких правил

Как ни банально, но первое, что действительно впечатляет в Мехико – это пробки. Впрочем, это вполне объяснимо. Всё-таки культурная столица всей Латинской Америки, родина самых крупных цивилизаций, самый большой мегаполис мира. Здесь всё грандиозно, в том числе и пробки. А движение не подчиняется никаким правилам. Мексиканцы вообще не понимают, для чего нужны какие-либо правила, да и закон считают совершенно неоправданным ущемлением их свободы. Самое распространённое слово здесь – «мафия». Оно – ответ на все вопросы. Почему, если у вас случилась неприятность типа кражи, ни в коем случае нельзя обращаться в полицию? – Мафия! Удивительно, что основная масса мексиканцев – смуглые невысокие крепыши, а в знаменитых сериалах мы видим модельных «бледнолицых». Почему?

– Там снимается «мафия». Только киношная. Почему умница – гид, великолепно знающий четыре языка и вообще много учился и много чего знает, не защитил какую-никакую диссертацию? – А какой смысл? – там тоже своя «мафия».

Теотиуакан // Формаслов
Теотиуакан. Журнал “Формаслов”

..Впрочем, это не мешает Мексике оправдывать самые радужные ожидания путешественников. Чего здесь только нет: монументы, реликвии, археологические зоны, выставки и всевозможные шоу. Первым делом в Мехико стоит отправиться прямиком в исторический центр города, и не больше ни меньше – в Президентский дворец. Известен он конечно, не уважаемым президентом, а Диего Риверой. Потому что именно он, этой ярый социалист и гениальный художник украсил дворец своими фресками, в которых отображена вся история Мексики от ацтеков и майя до наших дней. Не забыв, кстати, увековечить и свою не менее известную супругу, написав на одной из фресок портрет горячо любимой Фриды Кало.
Далее – самый знаменитый и загадочный памятник индейской культуры – археологический комплекс Теотиуакан с улицей усопших, дворцом Пернатого Змея и даже со своим древним стадионом. На нём индейцы играли в игру, похожую на футбол. А того, кто выигрывал, приносили в жертву. Попросту говоря, убивали. Не из вредности, а потому что так положено.Ну, а «гвоздь программы» – пирамиды Солнца и Луны, взобраться на вершину которых священная обязанность каждого уважающего себя путешественника. Вот, взбираешься по многочисленным высоченным ступеням, и где-то на середине пути начинаешь думать о том, зачем тебе всё это надо и какой в этом смысл. Думать об этом уже само по себе ошибка, не говоря, уж о том, что смысла в этом восхождении нет. Никакого. Потому что величественные мексиканские пирамиды – это всего-навсего постаменты под еще более величественные храмы, которые давно разрушились. Достигнуть вершины, окинуть взглядом вечно зелёные окрестности, вдохнуть полной грудью густого воздуха, и выдохнуть : «красота–то какая!» И – в обратный путь, в город, потому что далее по плану пешая прогулка по вечернему Сити и культурная программа : индейские обрядовые танцы, горластые марьячи, уютные бары и традиционная «Маргарита»…
А вот с вином в Мексике – напряжёнка. Удивительное – рядом, ведь климат для виноделия здесь – идеальный. Но – не случилось… Зато текилы здесь – не то что, сколько хочешь, а сколько «можешь». В малюсеньком баре может быть сортов 20 на выбор. От более чем скромных по цене до неприлично дорогих. Кстати, название «текила» является интеллектуальной собственностью Мексики. Так что немексиканская текила – это грубое посягательство, а не благородный напиток. И угощаться текилой надо с соблюдением специальной церемонии: сначала тыльную сторону ладони надо смазать кусочком лайма, посыпать солью, слизнуть, потом заесть кусочком лайма а уже потом всё это запить текилой. Только в этом случае вкусовые рецепторы срабатывают на «все сто».

Акапулько – модное местечко

Когда-то эта «жемчужина Тихого океана» была маленьким перевалочным поселением. Но в один прекрасный момент голливудские звёзды облюбовали бухту Акапулько. Ласковый океан, много солнца, первозданная красота пляжей, горы, каньоны, острова – идеальное местечко для виллы. Видимо, так подумали Элизабет Тейлор и Фрэнк Синатра, Пласидо Доминго и Хулио Иглесиас. Сильвестр Сталлоне тоже к ним присоединился. Этот «звездопад» увеличивался с каждым годом, и вот не прошло и ста лет, как Акапулько – самый модный курорт Тихоокеанского побережья со своей «визитной карточкой». Это «шоу прыгунов». Не увидеть его  все равно что не побывать в Акапулько.
Любители пощекотать нервы устраиваются вечером на специальной террасе ресторана за столиками и, не забывая потягивать маргариту, наблюдают, как бесстрашные смуглые юноши прыгают с обрыва в бухту, где глубина чуть более трёх метров. Под свет факелов и восторженные крики публики прыгуны ныряют с 20-метровой высоты. А в заключение – самый опасный прыжок, заключительный. Перед прыжком с 35-метровой скалы ныряльщик тщательно и неспешно молится у крохотной часовенки – здесь же, у обрыва, на виду у публики. Ожидание становится настолько напряжённым, что можно предположить, что молитва это тоже – часть шоу. Но вот вспыхивает подсветка, юноша вытягивается и бросается вниз. Нервный шок зрителей и взрыв аплодисментов. Спектакль удался!

Таско – серебряный заповедник
Панорама Таско // Формаслов
Панорама Таско. Журнал “Формаслов”

Говорят, что если все серебряные изделия Таско выложить дорожкой, то она протянется от северной границы Мексики до южной. Когда-то давным-давно здесь было очень много серебряных рудников, благодаря которым город и снискал себе почетное звание серебряной столицы мира. У лоточников оно продается на вес. Берешь плетеную корзину, накладываешь всякую красотищу типа брошек-колечек-брелочков килограмма на полтора – и, считай, обеспечен сувенирами для друзей на пятилетку вперед. Ну а если готов раскошелиться на что-нибудь более искусное – отправляешься в местный «бутик». Только действовать надо очень быстро, потому что от блеска глаза устают, а от количества – разбегаются. Теоретически жители Таско могут считать себя богачами – на каждого жителя приходится примерно по 100 килограммов серебра. Впрочем, они-то к благородному блеску абсолютно равнодушны и украшения из серебра не носят – не модно. Да и не за серебро Таско находится под покровительством Юнеско, а за свой колониальный облик. Узкие хаотичные улочки, дома все как один – белый фасад, красная черепичная крыша – улицы, мощёные разными узорами, чтобы не заблудиться. Не город, а рождественский сувенир. Только «фольксвагены – жуки», протискивающиеся в струйку то вверх, то вниз, напоминают о современности.

«Аватар, да и только»

Только это и можно сказать, оказавшись в настоящей индейской деревне. Понять это невозможно, остается только смотреть и принимать всё таким, каким оно и есть, то есть правильным. Хотя понять все-таки пытаются, в Мексике существует даже целый институт по изучению индейцев. И до сих пор цивилизованный мир никак не может склонить их к привычному порядку и выманить из резервации. Государство их охраняет, а они не понимают, для чего это им и благодарности не испытывают. Предлагает им работу, а они говорят, что они и так работают – пекут лепешки и ткут пончо, а «присутственных мест» боятся, как фотоаппарата, который с каждым снимком забирает часть их души. Предлагают им переехать из своих «скворечников» в нормальные дома, а они говорят, что они свободные люди и хотят жить на воле, ближе к природе-матери. Им предлагают все блага цивилизации, чтобы жили они побогаче, а они говорят, что им и двух кукурузных лепешек в день хватает – зачем напрягаться? Впрочем, некоторые блага все-таки принимают, но используют их по своему пониманию мира. Приняли, например, теплицы, а выращивают в них не овощи-фрукты, а необычайной красоты цветы. И несут они эту красотищу не на рынок, а в храм. Храм, кстати, тоже очень причудливый. Смугленькие ангелочки, замысловатые птички, а вдоль всех стен – букеты класса «бизнес-люкс». Красиво жить не запретишь.

Шоколад и «глюки»

Мексика не только родина шоколада. Она ещё и рай для его любителей. Ацтеки, придумавшие «чоколатль», называли его «пищей богов». А всё потому, что настоящий шоколад при температуре человеческого тела должен таять. Говорят, легендарный вождь Монтесума каждый раз пил горький шоколад перед тем, как отправиться к своим многочисленным жёнам. И каждый лавочник, и просто торговец, предлагающий туристам самодельные сладости, уверяет, что именно его рецепт – это та самая секретная «божественная» формула мужского счастья. А вкус – это, как говорится, дело вкуса. На привычный шоколад эта сладость похожа весьма условно. Два главных отличия – очень много пряностей и он действительно тает в руках. Так что удобнее его пить, благо «шоколадницы», где можно «пропустить» бокальчик – другой «божественной пищи» – тоже на каждом углу. Самый популярный вид – молочный шоколад с корицей. Пить следует неспешно, через трубочку. Шоколад суеты не терпит. Ну а потом, в таком же гуляющем режиме, следует пройтись по рынку народных промыслов. Пройти километры всевозможных масок, пончо, вышивок и сомбреро без передышек невозможно. Вот так остановишься около картин местных художников и вспоминаешь, что в Мексике растёт самое большое количество «глюконогенных» растений. Такие запредельные сюжеты, такие невообразимые существа, такие мультяшные цвета – диво дивное. Досужие языки утверждают, что эти художники знают какой-то особый сорт кактуса, вкусив плод которого отправляются в «сказочное путешествие», а потом рисуют то, что наблюдали «в далях неизведанных». В общем – полный глюк…

Паленке – потому что красиво
Паленке. Руины. Журнал "Формаслов"
Паленке. Руины. Журнал “Формаслов”

Археологическая зона Паленке – это роскошь для любителей древностей. Храм Солнца и храм Креста, Дворец и Храм надписей с майянскими иероглифами, которые до сих пор не расшифрованы. Но даже тем, кто не является любителем руин, там тоже нравится. Потому что красиво: зелёные холмы, высоченные ступенчатые «святыни», требующие, правда, неслабой физической подготовки, потому что «настоящий эстет», конечно, должен взобраться на все холмы и храмы, а заодно почтить вниманием саркофаг неизвестного правителя. А на обратном пути в награду за выдержку купить себе у местного умельца настоящий календарь Майя с подробной инструкцией. А на досуге перепроверить, правда ли всё про 2012 год и про конец света…

Канкун – отдых на «пять»
Канкун // Формаслов
Канкун. Журнал “Формаслов”

Канкун входит в первую пятёрку курортов мира. И неспроста. Здесь всё «на пять». Карибские белые песчаные «косы», пальмы, коралловые рифы. Ну, и, естественно, огромное количество пятизвёздочных отелей. Здания в стиле пирамид, шампанское по утрам и море позитива. Это всё благодаря американцам, которые составляют основную массу отдыхающих. Кругленькие, как Мишки Гамми, не расстающиеся с двухлитровыми термокружками и улыбающиеся во все свои «голливудские тридцать два». Так и подмывает спросить, чему они все радуются? Море закрыто для купания из-за шторма, ветер сдувает с ног, «солнце ушло в отпуск», а они сидят у бассейна, закутавшись в штормовки и обмотавшись полотенцами, и смеются радостно и довольно. Видимо, это такая чисто американская черта – во всём о обязательно находить повод для оптимизма. Хороший аппетит, полное отсутствие стрессов, «все включено» – что ещё надо для счастья? А с погодой повезёт в следующий раз. Уж с визой-то точно проблем не будет. Её добрые мексиканцы выдают на 10 лет. Так что опять всё впереди.



Евгения Джен Баранова
Редактор Евгения Джен Баранова – поэт. Родилась в 1987 году в Херсоне. Публиковалась в журналах «Дружба народов», «Интерпоэзия», «Prosodia», «Крещатик», «Homo Legens», «Юность», «Кольцо А», «Зинзивер», «Сибирские огни», «Москва», «Футурум АРТ», «Плавучий мост», «Дальний Восток», «Дети Ра», «Лиterraтура», «Южное сияние» и других. Лауреат премии журнала «Зинзивер» за 2016 год; победитель Шестого поэтического интернет-конкурса «Эмигрантская лира»; победитель Десятого международного поэтического фестиваля «Эмигрантская лира»; лауреат премии имени Астафьева (2018); лауреат премии журнала «Дружба народов» за 2018 год. Финалист премии «Лицей» (2019), обладатель спецприза журнала «Юность» (2019). Участник арт-группы #белкавкедах.