Все мы читали воспоминания актеров или режиссеров об их театральной жизни, забавные казусы и оммажи коллегам. Часто такие воспоминания представляют собой собрание анекдотов (скорее в пушкинском смысле этого слова, но и современном тоже), и читать их интересно, весело и терапевтично. Но читали ли вы когда-нибудь записки машиниста сцены?
Эти маленькие истории, схватывающие один яркий момент — забавный или эмоционально заряженный, — погружают нас в атмосферу творчества, свободы, легкости, радости, находчивости и алкоголизма. Надеюсь, вам тоже понравится!
Надя Делаланд
.
Андрей Ивонин. Родился в Москве. С 1984 года работает в театральной сфере. Член Союза писателей XXI века, ЮРСП и Московского союза литераторов, член Союза Театральных Деятелей РФ. Почетный работник культуры г. Москвы. Публикации в литературных журналах и альманахах: «Новая литература», «Дети Ра», «Зарубежные задворки», «Зинзивер», «Южное Сияние», «День и ночь», «Истоки», «Невский альманах», «Царицын» и др. Автор пяти поэтических сборников. Лауреат Большой Международной Литературной Премии «Серебряный стрелец» (2011 год). Лауреат национальной литературной премии «Поэт года» (2016 год). Лауреат VII Международной поэтической премии «Образ» (2019 год). Лауреат конкурса «Пятая стихия» Международной литературной премии имени Игоря Царёва (2022 и 2023 годы). Лауреат Международного литературного фестиваля «Славянская лира» (2022 и 2024 годы).
.
Андрей Ивонин // Записки машиниста сцены
.
Мюллер
На лестничной площадке второго этажа, между дверью в мужские гримёрки и дверью на сцену, стояла банкетка, на которой обычно сидели актёры, ждущие своего выхода. Дверь на сцену из соображений звукоизоляции была толстенной и обитой с обеих сторон железом. Леонид Броневой, к тому времени уже прославившийся талантливо сыгранной ролью начальника тайной полиции фашистской Германии, группенфюрера СС Генриха Мюллера в культовом фильме Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны», готовясь к выходу, долго и задумчиво смотрел на эту дверь и наконец произнёс: «Как у нас…В гестапо…».
.
Илья Владимирович
«Аллах акбар, православные!» — обычно приветствовал, выходя на сцену нас, монтировщиков, Илья Владимирович Алексеев, звукорежиссёр театра. Илья был высок, подтянут и всегда на позитиве. Ему никак нельзя было дать пятидесяти лет. Мне, тогда двадцатипятилетнему, он казался ровесником. В юности он служил во флоте, повидал весь мир и знал огромное количество разных историй и анекдотов. Когда он рассказывал очередную байку, его круглые, голубые, детские глаза весело искрились, он смотрел за реакцией слушателя и после, вместе с ним, заразительно и чуть хрипло смеялся. Илья уже много лет работал в театре, дружил со всеми нашими enfants terribles и был постоянным участником их дружеских попоек. Вместе с этим он был профессионалом высочайшего класса и пользовался всеобщим уважением и любовью.
.
В Ленинград
Звукорежиссёр Илья Алексеев рассказывает:
Во МХАТе поставили пьесу о старшем брате Ленина Александре Ульянове.
Как известно, после покушения на царя, Александр был казнён, по поводу чего молодой Владимир Ульянов и произнёс свою знаменитую фразу: «Мы пойдём другим путём!» Владимира Ульянова играл артист Леонид Каюров. И вот идёт премьерный спектакль. Все немного нервничают. На сцене Володя собирает чемодан. Актриса, играющая роль матери будущего вождя пролетариата, спрашивает: «Володя, ты куда собрался?»
На что тот отвечает: «В Ленинград».
«Куда?!»
«В Ленинград, мама…».
.
Гонец
Посылаем Валю Хваткова в булочную за хлебом к чаю. Булочная находится буквально в пятидесяти метрах, во дворе театра. Идти, ну две минуты от силы. Валя отсутствует минут сорок. Наконец возвращается, ставит на стол две бутылки вина.
— «Хлеба не было, пришлось купить портвейн…».
.
Начали!
Перед началом спектакля собираемся в радиоцехе. Всё у нас уже приготовлено: на электроплитке поджарены куриные окорочка, называемые в народе «ножки Буша», сварена картошка в мундире, сало нарезано тонкими ломтиками, маринованные огурчики разложены на тарелке, водка из вспотевшей бутылки разлита по рюмкам. Ждём команды. Звучит третий звонок. Поднимаем рюмки, слушаем трансляцию. И вот наконец раздаётся голос помрежа, начинающего спектакль: «И…начали!» Дружно выпиваем.
.
Ты не заболел?
Лев Дуров был настолько востребован режиссёрами, за свою жизнь снялся в таком количестве фильмов, и так часто мелькал на экране, что Илья Алексеев как-то в шутку позвонил ему и спросил: «Константиныч, у тебя всё в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь?»
«Да, всё в порядке», — ответил ничего не подозревающий Дуров. — «А почему ты спрашиваешь?»
«Ну как? Включаю я первый канал — тебя там нет, включаю второй — тебя нет, включаю третий — тебя нет. Вот думаю, может ты заболел?»
.
Хуидо
Работаем в Олимпийской деревне с китайским балетом, стелим балетный линолеум. Встаёт вопрос, какой стороной стелить? У линолеума одна сторона чёрная, другая серая. Спросить не можем — переводчик куда-то отлучился, а с китайским у нас проблема. Вызывается Димасик Симаков: «Я спрошу». Подходит к главному китайцу, что-то говорит ему. Слышим, китаец отвечает: «Хуидо!»
Димасик возвращается: «Он сказал, что ему всё равно».
.
Деревянко
Пашу Деревянко я увидел первый раз летом 2001 года на сцене Театра Наций на выпуске спектакля, полное название которого звучало так: «Опыт освоения пьесы “Чайка” системой Станиславского». Саша Усов водил Пашу по сцене и чего-то ему рассказывал. Паша старался внимательно слушать, удивлялся оформлению и глупо улыбался. Как оказалось Саша, исполняющий в спектакле роль Треплева, пытался ввести Деревянко на роль, чтобы тот подменил его на одном из спектаклей. Дело, слава богу, дальше не пошло. Более не подходящей кандидатуры для этой роли трудно представить.
А познакомиться лично и поработать с Пашей мне довелось уже на выпуске «Имаго» и позже, на уже упомянутых сибирских гастролях, к которым помимо «Имаго», было прицеплено ещё пара спектаклей Молодёжного театра, режиссёром которых являлась Нина Чусова, и главные роли, в которых был занят ещё не известный тогда широкой публике Деревянко.
Благодаря простоватой внешности Иванушки-дурачка Паша был всеми любим. Трудно было бороться с искушением, проходя мимо, приобнять его, потрепать по затылку и сказать что-нибудь приободряющее, типа: «Эх ты, Деревянко ты эдакий!»
Хотя талант, конечно, был уже заметен, что закономерно и вылилось впоследствии в исполнении им роли Махно в известном телесериале, да и во множестве других работ.
.
Заманчивое предложение
Конец сезона. Отыгран последний спектакль. Иду из театра к Арбатской. Проходя мимо кинотеатра «Художественный», вдруг слышу, как кто-то громким голосом окликает: «Андрюх! Андрюх!» Оборачиваюсь и вижу Женовача и Сергея Качанова, стоящих на углу кинотеатра и распивающих что-то, но явно не чай, из небольшой бутылки. Кто с ними был третьим сейчас не вспомню. «А мы окончание учебного года отмечаем (оба преподавали в ГИТИС’е). Выпьешь с нами?» Это было равнозначно тому, как если бы лет за восемьдесят до этого вас остановил бы, к примеру, Станиславский. Ну как было не выпить?
.
Сергей Васильевич
Сергей Женовач пришёл к нам на Бронную из театральной студии «Человек» вместе с целой группой своих актёров. Видимо дирекция, приглашая его, решила таким образом влить новую кровь в жилы дряхлеющего театра, переживающего в ту пору не лучшие времена. Наверное, были и недовольные этим решением, в первую очередь это касалось старой труппы, так как Женовач в своих постановках задействовал в основном актёров, пришедших с ним, но нам, постановочной части, с Женовачём было работать интересно. К тому же импонировала его подчёркнутая скромность, его, я бы сказал, провинциальная застенчивость, которая была особенно заметна, когда он выходил к публике на поклоны. А может в этом было с его стороны и некоторое кокетство. Но тем не менее большинство сотрудников театра его любили и были очень рады, когда он получил в 1996 году «Золотую маску» как лучший режиссёр за театральную трилогию по роману Ф. М. Достоевского «Идиот».
Когда в 2018 году Женовача назначили художественным руководителем МХТ им. Чехова, я тоже очень порадовался за него. Единственной дилеммой было то, как же его теперь называть при встрече. За годы совместной работы на Бронной, мы, будучи почти ровесниками (Сергей всего лишь на два года старше меня), были естественно на ты, и я привык называть его «Серёжа». Теперь же, как-то неловко назвать Серёжей руководителя первого драмтеатра страны, ну наверное всё-таки уместней «Сергей Васильевич». Но пока я терзался этими сомнениями, примерно через три года Женовач из МХТ уволился, и вопрос отпал сам собой.
.
Как я танцевал с Кончаловским
В начале 2005 года в театр на Малой Бронной для постановки спектакля по пьесе Стриндберга «Фрекен Жюли» был приглашён Андрей Кончаловский. Премьера спектакля, в конечном итоге получившего название «Мисс Жюли», состоялась в марте. В постановке было занято всего три актёра: служанку Кристину играла наша актриса Даша Грачёва, слугу Жана — актер «Табакерки» Алексей Гришин, а главную роль — супруга режиссёра Юлия Высоцкая. Репетиции были в полном разгаре, когда режиссёру для одной из сцен понадобились статисты. Чтобы не занимать в короткой сцене, длящейся 2-3 минуты, актёров, решили, как обычно в таких случаях, задействовать монтировщиков (всё равно они, мол, ничего не делают в процессе спектакля) и девчонок костюмеров. Ситуация осложнялась тем, что это был не просто выход на сцену, а изображающие скандинавских крестьян и крестьянок три пары монтировщиков и костюмеров должны были танцевать залихватский танец.
И вот меня вызывают к Кончаловскому, который обрисовывает мне задачу.
Я, имея некоторые сомнения в хореографических способностях своих подопечных, высказываю ему их, говорю, что, дескать, у нас совсем другая профессия, что такими вещами должны заниматься специально обученные люди и т. д., на что Андрей Сергеевич, чтобы доказать, что ничего тут в его просьбе сложного нет и любой может с этим справиться, вдруг внезапно взял меня под руки и закружил со мною вместе в танце. После того как мы с ним таким образом немного повальсировали, наконец остановившись и отпустив меня, Кончаловский в качестве ещё одного дополнительного аргумента, чтобы всё-таки убедить меня согласиться, по секрету сообщил, что спектакль собираются везти то ли в Швецию, то ли в Норвегию, и танцоров, конечно же, возьмут в первую очередь. Я, слегка запыхавшись после нашего танца, вынужден был пообещать ещё раз переговорить и с монтировщиками, и с костюмерами, и постараться убедить их.
Но, как по большому счёту я и предполагал, и те, и другие всё-таки наотрез отказались участвовать в этой авантюре. Для сцены танца в конце концов пригласили студентов театральных училищ, с чем они, конечно же, прекрасно и справились.
К слову, ни в Норвегию, ни в Швецию, ни куда-либо вообще спектакль так и не поехал.
.
Этуш
За всё время моей театральной карьеры я сталкивался с различными прокатчиками, то есть людьми, занимающимися организацией гастролей и прокатом спектаклей. Были среди них и вполне порядочные люди, но бывали и такие, с которыми лучше не связываться.
В 2007 году мне довелось работать в одной из антреприз на спектакле «Неаполитанские страсти» по пьесе Эдуардо де Филиппо. Спектакль был примечателен тем, что в нём главную роль играл 85-летний Владимир Этуш. Ну как играл? Играть, как в лучшие годы, он, конечно, уже не мог, так, ходил по сцене и слабым голосом произносил заученный текст. Но всё равно, зритель под завязку заполнял зал, чтобы посмотреть на любимого артиста.
И вот, выезжаем мы как-то уже не помню в какой город. Зал местного ДК полон. Обычно перед спектаклем снимается касса и принимающая сторона расплачивается с артистами и постановочной частью. Но тут происходит задержка. Звучит уже третий звонок, а денег нет. Зал волнуется, ожидая начала спектакля. Делать нечего, начинаем спектакль и отыгрываем первый акт. В антракте по-прежнему денег нет. Теперь нам клянутся, что обязательно расплатятся с нами после спектакля, но мы принимаем решение, пока денег не будет, не начинать второй акт. Владимир Абрамович, настроенный весьма воинственно, возмущается больше всех и собирается идти бить кому-то морду. После того, как антракт затягивается до сорока минут, деньги всё-таки приносят и спектакль возобновляется. Не знаю, на что рассчитывали эти люди, может быть, думали, что мы не сможем прервать представление и тем самым подвести публику, пришедшую на спектакль, но кинуть нас они хотели точно. Но каков Владимир Абрамович! Вот что значит старая школа!
.
Катюха
Выпускаем спектакль «Сыновья его любовницы». Репетиции проходят в ДК МИИТ в Новосущёвском переулке. Иду по коридору рядом со сценой, где находятся гримёрки. Дверь в гримёрку Екатерины Стриженовой открыта. В ней, кроме самой Стриженовой, сидящей за гримёрным столиком, замечаю свою старую знакомую, костюмера Катю Максакову.
Радуюсь встрече: «О, Катюха, привет!»
Вдруг, Стриженова разворачивается на стуле в мою сторону и думая, что я таким образом поздоровался с ней, так же радостно мне кивает.
Мне одновременно и смешно, и неловко. Улыбаюсь:
«Здравствуйте, Катя!»
Ещё раз кивнув, стараюсь побыстрее пройти мимо.
.
Стёпа
Едем втроём: я, Саша Макарцев и Стёпа Старчиков в машине на дачу к Стёпе. У Стёпы сегодня юбилей — 65 лет! Старчиков и Макарцев — старые друзья ещё по фильму «Россия молодая». Мы довольно регулярно встречаемся, а тут такой повод! Стёпа за рулём, как обычно ворчит и клянёт всех и вся, от правительства до президента:
«Ну что за порядки? Вот кому это помешало? Тут, у дороги, рядом с домом был прекрасный строительный рынок, очень удобно было зайти, купить недорого всё, чего душа пожелает. Сломали! А сейчас? Вы знаете, что построили на его месте?»
Мы с Макарцевым переглянулись, ожидая самого ужасного: «Что?»
Стёпу аж передёрнуло: «Спортивный комплекс!»
.
Сны
Опять снился театр. На этот раз «Женитьба». Будто идёт спектакль, а в зале три человека. Во сне думаю: «Пора спектакль снимать». И тут же начинаем демонтаж, складываем стенки. Что интересно, несмотря на то что последние семь сезонов провёл в «Эрмитаже», а до этого принимал участие в массе антреприз, пять лет вёл весь репертуар Театра Наций, снится всегда Бронная: сцена, комната монтировщиков. Снятся монты Бронной, живые и те, которых уже нет: Кузьмич, Валера Зырянов, Дима Симаков, Виталик Аносов. Снятся спектакли. Часто спектакли принимают какой-то фантастический, нереальный вид. Иногда снятся погрузки, гастроли заграницу, но всегда с Бронной. Это так же, как если снится дом, то не тот, в котором проживаю уже больше тридцати лет со своей семьёй, а старый зеленоградский, родительский, в котором жил в детстве и юности. Раньше театр начинал сниться примерно на второй-третий день отпуска. Потом, когда открывался сезон, это проходило, снился, но изредка. Думал, что со временем, когда оставлю работу, это пройдёт, забудется. Сейчас, спустя более чем полгода, как я в театре уже не работаю, снится каждый день. Не отпускает.
.
