Паровозъ: поэтический альманах-навигатор (№ 11) / сост. С. В. Василенко, Ю. П. Касянич, В. Н. Мисюк, В. И. Стрелец.  — М.: Союз российских писателей, 2021. — 400 с.

 


Елена Севрюгина // Формаслов
Елена Севрюгина // Формаслов

Что произойдет, если в одном купе, в одном вагоне и даже в одном поезде соберутся близкие по духу люди, наделенные поэтическим даром? А получится не только настоящий праздник слова, но и целая антология современной поэзии.

Члены российского союза писателей, решившие «пустить по рельсам» многочисленные составы поэтического альманаха-навигатора, предпочли современное название — «Поезд» — заменить архаическим — «Паровозъ». В пояснительной записке к изданию читаем: «Паровоз» в просторах российской словесности — метафора…» Думаю, эта мысль и послужила отправным пунктом в создании такой необычной поэтической серии. Паровозъ, «живая метафора строки», где слова-вагоны складываются в бесконечные ленты фраз, неуклонно бежит вперед еще со времен Пушкина и Тютчева, Цветаевой и Мандельштама. Но вот добежал он до наших дней — и превратился в удивительную книгу, с новыми историями и новыми именами.

Отношение к общим сборникам у строгих ценителей литературы и даже читателей нередко бывает предвзятым и даже отчасти негативным: —братская могила для авторов. Но здесь совсем иной случай. Светлана Василенко, главный идейный вдохновитель проекта, и вся ее дружная и творческая команда создали настоящую поэтическую географию, где каждый новый выпуск альманаха превращается для читателя в увлекательное путешествие по разным городам и странам. Одиннадцатый выпуск альманаха — балтийский — везет нас сразу по нескольким маршрутам: СанктПетербург  — Калининград, Латвия  — Литва  — Эстония, Финляндия  — Норвегия, Дания — Швеция, Германия. Калейдоскоп картин, событий и стихов захватывает с самого начала пути. А разве может быть иначе, если в вагонах едут удивительные пассажиры, и у каждого с собой — целый багаж жизненных впечатлений? В этом багаже с легкостью умещается целая жизнь, потому что каждое впечатление становится емкой поэтической строкой. И вот уже читатель, как шкодливый школьник, не может удержаться и вспрыгивает на подножку уходящего поезда, а потом, умудрившись пробраться внутрь, идет по вагонам и с любопытством заглядывает в каждый. Здесь и российские вагоны, следующие по маршруту Санкт-Петербург — Калининград, и вагоны международного класса, и даже рестораны на колесах. Различные регионы и направления движения с легкостью уживаются в пределах одного состава — так же, как стихи всех мастей и калибров, от верлибра до силлабо-тоники, прекрасно сосуществуют в едином творческом пространстве.

Здесь, как в метареалистическом романе Андрея Таврова «Снигирь», слышен хор «детских» (своей чистотой) голосов. И не улавливаешь ни одной фальшивой ноты — настолько стройным и слаженным кажется это пение. Но все же даже в самом гармоничном хоре, если вслушаться очень внимательно, отдельные голоса звучат громче и ярче, и в конечном счете ориентируешься именно на них — они задают тон всему оркестру.

Таким «звонким» голосом наделена самая первая пассажирка состава № 11 — едущая в одном из самых «музыкальных» вагонов направления Санкт-Петербург — Калининград Ольга Аникина. Подборка ее стихов с философским названием «Незавершенный портрет» заставляет читателя «нырнуть» в другое измерение, где обретается навык зоркого зрения и обнажается неявная, потенциальная сторона объектов и предметов. Только истинный поэт способен увидеть «душу птицы» в обычном целлофановом пакете («Шевелится в траве пакет. Потом взлетает. И душу птицы он приобретает нетленную…») и сравнить женщину с потайной дверью:

Дворовый закуток, разломанный на две
неравных части отсветом неярким.
Там женщина стоит, похожая на дверь,
и дерево над ней, похожее на арку…

Возможно, таинственная арка — это портал в другое измерение. Например, в далекий немецкий Кенигсберг, еще не ставший русским Калининградом. Мистическое путешествие по старинным улочкам, где стоят причудливые ратуши и королевские башни с христианскими шпилями, мы совершаем вместе с поэтом и сказочником Борисом Бартфельдом. Тем, кто попадет в его город, «полный тайн и волшебства», уже никогда не забыть «ре-минорную фугу» старого органа и музыку самой истории, «в клочья порванной рваным ритмов стихов».

И вновь, возвращаясь из балтийской сказки в реальность, мы переключаемся на новые, очень свежо и в то же время лирично звучащие ритмы Санкт-Петербурга. Вот мастер философского верлибра, Дмитрий Григорьев, подхватывает начатую Ольгой Аникиной историю полиэтиленового пакета, превращая незатейливый предмет в развернутую метафору человеческой жизни:

Собирать собственные ошибки
в полиэтиленовый мешок из супермаркета,
таскаться с этим мешком по городу
и выбросить его в мусорный бак в подворотне,
думая, что уничтожил их
навсегда

А вот его талантливый тезка, Дмитрий Легеза, скептическим взглядом Булгакова смотрит на современный город, в котором, на фоне страшных оргий математиков, раскрываются не менее страшные тайны о том, что происходит с менеджерами среднего звена и куда пойдет российский газ:

Наши трубы пойдут в глубины земли,
Они уже идут в глубины земли,
То, что взято из самых глубин,
возвратится под землю.
С той стороны обещали помочь.

С той стороны обещали,
Что в ответ на поставку голубого топлива
Всем российским чиновникам
Облегчат посмертные муки.

Тем явственнее на фоне жестких городских ритмов проступает трепетная самоуглубленность Галины Илюхиной, чья суггестивная лирика в традициях серебряного века обращена к потаенным глубинам сознания и самым сокровенным человеческим чувствам. Иногда в звучании строк, вполне современных, становятся слышны отголоски великих предшественников, точнее, предшественниц: Ахматовой, Цветаевой и даже Беллы Ахмадулиной:

не надо мне о смысле и резоне
все декаданс
внутри меня ореховая соня
впадает в транс
<…>
она зверек вселенского сиротства
любовь и смерть
мне ей в зрачки по праву первородства
смотреть смотреть

В следующем вагоне, тоже идущем по маршруту Санкт-Петербург — Калининград, едут «поэтически созвучные» своим землякам талантливые пассажиры. Но на фоне этого созвучия рождается поэтический диалог.

Например, Юлия Медведева, коренная ленинградка, в чем-то вторит Галине Илюхиной, а в чем-то и полемизирует с ней. Глубине самопогружения здесь противопоставляется мелкотемье, где лирическая героиня чувствует себя вполне комфортно и даже может плескаться «навзрыд»:

Это мое мелкотемье  — берег, залив,
вот я опять мягкотело бреду в заплыв
довольно нелепый  — руками касаясь дна,
песочные скрепы дарит неглубина.

Удивительно отчетливо (и местами даже громко) звучит тихий голос уроженки Петербурга Екатерины Полянской. Она, как добрый дух родного города, тщательно оберегает его от «трескучей фразы на злобу дня, Виршей холопских, бешеных тиражей», от восторженных и тут же гадящих («ибо естество») туристов. Ее подлинный мир похож на таинственный лес, полный серебряных единорогов и дрожащих воздушных мостов. Далеко не каждому дано туда войти:

Я прошу тебя: никогда,
Никогда не входи в мой лес  —
Там в озерах темна вода,
И на каждом стволе  — надрез.
<…>
Потому что  — такой расклад.
Потому что  — ничья вина.
Потому что тяжел приклад,
И рука твоя  — неверна.

А по мере продвижения «в глубь» состава все чаще попадаются международные вагоны, все явственнее в хоре голосов проступает акцент — эстонский, латышский, литовский. Но от этого смысл звучащих фраз не становится менее понятным. Дмитрий Веллер, рожденный в Вильнюсе, пишет о Выхино, где «несвобода и страхи», ныне живущий в Таллине Михаил Гофайзен по-прежнему продолжает писать о Москве, а житель Риги Михаил Гуданец абсолютно по-русски беседует со своим читателем на философские темы. И как же близка российскому читателю становится Норвегия благодаря стихам Валентина и Алёны Емелиных.

А впереди еще очень много приятных встреч: с живущей в Тарту, но родившейся в Уссурийске Людмилой Логиновой (Казарян), бывшим редактором международного журнала «Крещатик» Борисом Марковским, рожденным в Риге поэтом, культуртрегером, организатором поэтической площадки «Stihi.lv» Евгением Орловым, живущей «между Литвой и Россией» Еленой Фельдман.

Неудивительно, что результатом таких встреч становятся дружеские посиделки в вагоне-ресторане, где звучат остроумные пародии Стеллы Астровой, метаквадропоэзы Сергея Воробьева, веселые и немного лирические зарисовки Владимира Ореховского, литературные частушки Светланы Семеновой.

А затем, пройдя сквозь катарсис почтового вагона, где голоса поэтов разных стран переливаются в прекрасную русскую речь переводов, читатель на какое-то время становится ребенком — чистым, непосредственным и по-настоящему счастливым. В этом ему помогают пассажиры детского вагона — пишущие для детей поэты Регина Маскаева, Владимир Новиков, Евгения Рузина, Елена Томилина.

Казалось бы, путь завершен, но, только пройдя его от начала и до конца, читатель сможет понять, что никакого конца нет и быть не может, потому что волшебный состав № 11, как и все прочие составы, всегда идет по внештатному расписанию, не зависящему ни от направления движения, ни от политической ситуации в стране, ни от каких-либо внешних ограничений.

Ибо пункт назначения всегда один — строка, поэзия, творчество.

Елена Севрюгина

 

Елена Севрюгина родилась в 1977 г. в Туле. Живет и работает в Москве. Кандидат филологических наук, доцент, редактор. Публиковалась в областной и российской периодике, в том числе в журналах «Дружба народов», «Нева», «Знамя», «Homo Legens», «Дети Ра», «Prosodia», «Москва», «Молодая гвардия», «Южное Сияние», «Тропы», «Идель», «Графит», «Гостиная», «Кольцо А», в электронном журнале «Формаслов», на интернет-порталах «Сетевая Словесность», «Лиterraтура», «Textura», в интернет-альманахах «45 параллель», «Твоя глава», газете «Поэтоград».

 

Редактор Екатерина Богданова родилась и живет в Москве. Адвокат, поэт, журналист, фотограф. Член Союза писателей России и Союза охраны птиц России. Автор книги стихов «Клюв» (2012). Стихи публиковались в журнале «СРЕДА», газете «Экслибрис» (литературное приложение к «Независимой газете»), альманахе «Новая кожа», электронных журналах TextOnly, Prosodia, «Полутона», «Формаслов».