Братья Суматранские. Барбус. Черновик романа — Русский Гулливер; Центр современной литературы, 2021. — 208 с.

 


Михаил Гундарин. Фото из архива автора // Формаслов
Михаил Гундарин. Фото из архива автора // Формаслов

Книга «Барбус», вышедшая в издательстве «Русский Гулливер», подписана так: Братья Суматранские. Автор(ы) создаёт(ют) интригу, что, в общем, неплохо. Псевдонимы появляются на книжном рынке сегодня нечасто, а ведь это старая, почтенная традиция. Вспомним хотя бы Ромена Гари — Эмиля Ажара, получившего две Гонкуровские премии, на себя и на псевдоним (при том что больше, чем по разу в одни руки Гонкуров не дают). Из наших в последние годы такие эксперименты проводил, кажется, только Дмитрий Быков, да и то без особого успеха.

А вдруг Суматранские — это кто-то из наших грандов? Вот был бы номер! Но увы, в наше время имя — это бренд, и зачастую известным авторам только на него и остаётся надеяться. Не на качество же своих книг…

Кстати, всем аквариумистам известен суматранский барбус, вид лучепёрых рыб семейства карповых. Так что псевдоним с названием составляет единое целое! Вдобавок ко всему, Барбус — это и имя главного героя. Согласитесь, закручено ловко, играть так играть.

Поэтому не удивительно, что эта книга — про игру.

Ну то есть начинается всё как книга о молодёжи. Заглавный герой, двадцать лет, студент-журналист, образцовый романтик, томится от любви, общего душевного неустройства, безденежья. Его девушка связывается с парнем старше. Вообще, всё как-то нехорошо, даже непонятно почему… Юношеский лиризм авторам явно удался. Вспоминается, например, молодой Андрей Битов, ну и вечный эталон — автор «Над пропастью во ржи».

Конечно, писать в лирическом стиле не слишком сложно. Такой не слишком радикальный поток сознания с вкраплением охов и вздохов. Вот пример. «Он стоит на остановке, автобус подходит очень быстро. У Барбуса всегда с собой единый проездной на все виды транспорта. В автобусе трясет, но сегодня его почему-то не укачивает. Может быть, он уже мореплаватель? Нужно найти собаку. Хотя зачем? Но Барбус вдруг понимает, что многое зависит от того, найдет он ее или нет, хотя собака не его и, скорее всего, ничья. И вообще ни при чем. Барбус хорошо помнит, что она была белая, значит, ее могла съесть черная собака, как он сразу об этом не подумал! Это же классический контргамбит Фалькбеера: черная собака неожиданно съедает белую. Или, наоборот, классический вариант — это когда она ее не трогает? Кто он вообще такой — Фалькбеер? И почему у Барбуса застряла в голове его фамилия?» Кстати, знатоки шахмат указывают на неточность в описании этого самого контргамбита; ну, на узких специалистов вечно не угодишь.

Тема шахмат, взятая с самых первых страниц, не случайна. Герой уже играет (и не только в шахматы, в воображении у него разыгрываются целые сюжеты). И главное, очевидно, для авторов начинается ближе к середине книги — герой оказывается втянут в Игру. Кроме него — его девушка со своим парнем и ещё какая-то молодежь. Это такой квест в старинном духе. Таинственный организатор-демиург, роскошный загородный дом, переодевания, стихи, старинные рукописи и т. п. Таинственный Санкт-Петербург. Само собой, процесс инициации юного романтика. А также аллюзии, реминисценции, скрытые цитаты и всё такое прочее. Этакий Фаулз, прости Господи. Как-то в наше время всё это выглядит архаично и просто непонятно, зачем оно тут. Хотя, конечно, придумывать и описывать всякого рода современные ритуалы для авторов одно удовольствие. Настоящее рыбное место для любителей вытащить из глубин и преподнести нам, читателям, чего-нибудь этакое. Но захотим ли мы улов пробовать? Ох, не факт.

Кто бы ни написал книгу, это мог сделать либо начинающий автор, ещё находящийся в процессе переваривания-усвоения мировой литературы, либо опытный писатель, решивший создать вот такую конструкцию-стилизацию. Вначале надеешься на первое, потом начинаешь думать о втором варианте. Это, увы, разочаровывает. Ну конечно, игра, игра с самого заглавия и до последней строчки — но уж сколько мы этих homo ludens’ов наблюдали в прежние годы! Ещё одни не вдохновляют.

А всё-таки хочется помечтать. Вдруг книжку написал какой-нибудь известный автор, но в соавторстве со своим юным сыном или дочерью? Женой, двоюродной бабушкой? Или, например, олигарх? Или министр? В этом смысле использование псевдонима, вообще тотальная игровая атмосфера очень идёт на пользу роману. Ведь игра, пользуясь банальными рифмами, не только стара. Игра — мудра.

 

Михаил Вячеславович Гундарин, родился в 1968 г. Закончил факультет журналистики МГУ имени Ломоносова, преподает в вузах, кандидат философских наук, доцент. Автор нескольких книг стихов и прозы. Публиковался в журналах «Новый мир», «Знамя», «Дружба народов», «Юность», «Урал», «Сибирские огни» и мн. др. Член Союза российских писателей и Русского ПЕН-центра. Живет в Москве.

 

Евгения Джен Баранова
Редактор Евгения Джен Баранова – поэт. Родилась в 1987 году. Публиковалась в «Дружбе народов», «Новом Береге», «Интерпоэзии», Prosodia, «Крещатике», Homo Legens, «Юности», «Кольце А», «Зинзивере», «Сибирских огнях», «Москве», «Плавучем мосте», «Дальнем Востоке», «Детях Ра», «Лиterraтуре», «Южном сиянии», «Независимой газете», «Литературной газете» и др. Лауреат премии журнала «Зинзивер» (2017); лауреат премии имени Астафьева (2018); лауреат премии журнала «Дружба народов» (2019); лауреат премии СНГ «Содружество дебютов» (2020). Финалист премии «Лицей» (2019), обладатель спецприза журнала «Юность» (2019). Участник арт-группы #белкавкедах. Автор четырех поэтических книг, в том числе сборников «Рыбное место» (СПб.: «Алетейя», 2017) и «Хвойная музыка» (М.: «Водолей», 2019). Стихи переведены на английский, греческий и украинский языки.