Автобиография:
В молодости я был физиком, а в конце концов стал филологом и даже не заметил, как это произошло. Ничего странного — ведь главное: и то, и другое начинается на букву «ф». 
Филология в переводе означает «любовь к слову». Да как же его не любить, когда в слове отражается всё, что ни есть на свете! 
Много лет я посвятил преподаванию в университете, написал больше ста научных статей и с десяток книг о зарубежной и родной литературе, перевёл на русский язык кучу стихов, в том числе Эдварда Лира, Александра Милна, Спайка Миллигана и других великолепных авторов. 
Среди моих собственных книг для детей назову сборник сказок «Привидение, которое хрустело печеньем», «Гном Гильом и лунный котёнок» и «Что и требовалось доказать. Жизнь Льюиса Кэрролла в рассказах и картинках».
 

Григорий Кружков // Разговор с дроздом

 

Григорий Кружков // Формаслов
Григорий Кружков // Формаслов

История слонов

Говорят, что слоны
Упали с Луны,
И раньше
Их называли —
Слуны.

А их ребятёнков
Когда-то,
Конечно же, звали
Слунята.

Слунята носили
С резинкой штаны,
Панамки
Зелёного цвета
И были ужасные
Шалуны,
Но мамы прощали им это.

Со временем
«У» заменилось на «О»,
Котятами стали
Кутята,
И вместе с кутятами
Уж заодно
В слонят превратились
Слунята.

Конечно, слоны
Упали с Луны,
С той самой,
С обратной её стороны.

Порой, строя в зеркале
Всякие рожи,
И я, между прочим,
Задумаюсь тоже:

С такими НОСАМИ
И ВОЛОСАМИ —
Откуда же, братцы,
Упали мы сами?

 

Я так не умею

Овечка мне
сказала: «Ме-е-е!»
Что возразишь на это?
Я поискал, но не нашёл
Достойного ответа.

В недоуменье, как баран,
Стоял я перед нею.
Овечка мне
сказала: «Ме-е-е!» —
А я так не ум-е-е-ю…

 

Разговор с дроздом

Сегодня, взяв свой карандашик,
Я в лес весенний заглянул.
Гулял, дышал, смотрел на пташек.
И вдруг услышал:
                                дрозд чихнул!

Вы слышали, как дрозд чихает?
Ему я сразу:
                       — Будь здоров!
А он, представьте, отвечает:
— Спасибо, господин Кружков.

Но что-то не припоминаю,
Когда мы перешли на ты…
Простите, я вас покидаю.
Сказал — и упорхнул в кусты.

А я пошёл своей дорогой,
Смущённый отповедью строгой.
Кто мог подумать, что дрозды
Так щепетильны и горды?

 

Баллада об оцарапанном носе

Морской капитан как-то вышел в отставку
Да с горя открыл москательную лавку.
Пенькой, парусиной и краской торгует,
Но только о море всё время тоскует.

И снятся тревожные сны капитану:
Как будто их судно — в когтях урагана,
Качаются мачты, ломаются реи!
А волны всё выше! А ветер сильнее!
Удар! —
              и, как бочка,
                                     он катится на пол —
Набил себе шишку и нос оцарапал.

Наутро собрался он, вышел из дому,
Пошёл за советом к соседу-портному,
Спецу по мужскому и женскому платью.

— Что делать? Неладное что-то с кроватью.
В ней спать невозможно! Я падаю на пол!
Взгляните — опять себе нос оцарапал.

Портной отвечал:
                                 — Рассудив непредвзято,
Я так заключаю: кровать узковата.
Советую, не пожалев матерьяла,
Расшить её в талии, много — не мало.

Поскрёб он в затылке, с соседом простился
И к другу-сапожнику в гости пустился.

— Не знаю, что делать с моею кроватью,
Над нею — какое-то злое проклятье!
Ложусь, засыпаю — всё в полном порядке,
Но вот просыпаюсь уже не в кроватке.
Скажу вам короче: я падаю на пол.
Взгляните — опять себе нос оцарапал!

Ответил сапожник:
                                   — Всё проще простого.
Я понял вас сразу же, с первого слова.
Ведь вы без примерки купили кроватку?
Конечно, она натирает вам пятку.
И вот мой совет: чтобы ногу не жало,
Чуть-чуть растянуть бы кровать не мешало.
С такою задачкой справлялся я часто,
Поставить её на колодку — и баста!

Моряк был бедовый; но выслушав это,
Подумал: спрошу-ка ещё я совета.
Пришёл к столяру.
                                   — Не пойму, что такое,
Мне в этой кровати нет ночью покоя.
Ложусь, засыпаю — всё в полном порядке,
Но вот просыпаюсь уже не в кроватке.
Я падаю на пол, как будто от качки…

— Посмотрим! Везите кровать мне на тачке.

Столяр оглядел деревянное ложе,
Подумал минутку и молвил:
                                                   — Ну, что же!
Всё ясно. Душа у вас, друг мой, морская,
Конечно, нужна вам кровать не такая.
Но вы не волнуйтесь, я дело исправлю:
Борта сколочу и грот-мачту поставлю.

Ура! Моряку улыбнулась фортуна,
Кровать получилась — заправская шхуна!
Влезает в неё капитан по штормтрапу,
И окна звенят от могучего храпа.
Не страшно теперь никакое ненастье.
О ветер! О парус!
                              О радость! О счастье!

 

Плавание Магеллана

Вот был бы я Магеллан
и задумал бы план —
Землю кругом обогнуть
и вернуться назад,
я бы набрал моряков
и уплыл в океан,
прямо на запад
всё время плыл,
на закат.

Длинным сачком
рыб летучих ловил,
встреченным кораблям
отдавал бы салют,
видел ночами
блеск незнакомых светил,
слушал бы,
как девы морские поют,

И только где-то
у Сандвичевых островов
стукнул бы себя пó лбу
и вспомнил вдруг:
«Ведь я, уходя из дома —
вот остолоп! —
оставил в квартире
не выключенный утюг!»

 

Умная сестрёнка

Сестрёнка говорит:
                                   — Андрей,
Ты обещал мне сад зверей.
Пойдём с тобою завтра
Взглянуть на динозавра!

Я объяснял ей
Пять минут:
«Они здесь больше
Не живут;
Никак не выйдет
Завтра
Взглянуть
На динозавра».

— Ну, ладно, — говорит сестра. —
Тогда пойдём позавчера!

 

Алексей Зайцев
Редактор Алексей Зайцев — поэт. Родился в 1988 г. в Московской области, в г. Куровское. Живёт в Подмосковье. Пишет с детства. Лауреат премии имени Корнея Чуковского за сборник стихотворений «Физика Тузика» (издательство «Самокат»). Участник Международных Форумов и семинаров молодых писателей России, стран СНГ и зарубежья «Липки». Публикации в журналах для детей «Чердобряк», «Костёр», «Мурзилка» и др. Почётный осётр тайного ордена детских писателей «Мыхухоль».