Имя Евгения Чигрина известно в литературном мире. Когда читаешь его стихи, понимаешь, что поэзия для него не просто дело жизни, а самая настоящая судьба. При всей традиционной просодии, довольно строгом следовании канонам стихосложения, поэт свободно себя чувствует в самом метафизическом пространстве поэзии, подчиняя его своей мысли, своему поэтическому чутью. Яркие образы, неожиданные ассоциации, архетипичные сюжеты, показанные под иным углом зрения, культурологический размах — то, чем богата его узнаваемая поэтика. При всем этом, нельзя не отметить и внутреннего напряжения, аккумулирующегося в каждом стихотворении, — кто-то называет это «нервом», кто-то — магией. И то и другое — верно.
Яна-Мария Курмангалина
 
Евгений Чигрин, поэт. Автор поэтических книг: «Погонщик» (изд. «Время», Москва, 2012), «Неспящая бухта» (изд. «Время», Москва, 2014), «Подводный шар» (ИПО «У Никитских ворот», Москва, 2015), «Невидимый проводник» (ИПО «У Никитских ворот», Москва, 2019), а также поэтических сборников «Лампа над морем» (изд. «Перо», Москва, 2020), «Старый кочевник» (изд. «СТиХИ», Тверь-Москва, 2020), «Невидимый проводник» (издание второе, отредактированное, «Друкарский двор Олега Фёдорова», 2021, Киев). Стихи переведены на европейские и восточные языки. Отдельными книгами выходили в Польше, Украине, Сербии. Лауреат литературных премий, в том числе премии Центрального федерального округа России в области литературы и искусства (2012), Международной премии имени Арсения и Андрея Тарковских (2013), Горьковской литературной премии в поэтической номинации (2014), а также Всероссийской литературной премии имени Павла Бажова (2014), общенациональной премии «Золотой Дельвиг» за верность Слову и Отечеству (2016) и Оренбургской областной премии имени Сергея Аксакова (2017). В 2021 году стал лауреатом премии «Литературной Газеты» и ООО РЖД «Золотое Звено» в номинации «Поэзия». Живёт в Москве и подмосковном Красногорске.

 


Евгений Чигрин // Сочинитель кристаллов

 

Евгений Чигрин // Формаслов
Евгений Чигрин // Формаслов

***

«…А тот, кто умер, снова ищет тело», —
Сказала ты, и крылышки надела,
И вылетела в первое окно.
Расплылся сумрак мятою вороной,
Монах с клюкою показался сонный,
Закрыл собой распахнутое дно

Шестой реки Аида: сновиденье
Такую видит в матовом подземье:
Не понарошку демоны живут.
А ночь нежна ленивою постелью,
Не так ли, Фицджера́льд? Какому кхмеру
Открыть глаза — видения убьют.

Ты улетела в первое… жива ли?
В небесном мире ангелы щелчками
Сбивают монструозных малышей:
Близнята так похожи на папашу, —
Какой иголкой к вашему пейзажу
Кошмарик в рисовалке миражей

Пришпилить, а? Не умерла, не умер?..
Окраска ночи — оберштурмбаннфюрер:
В проявке демон сущий Айсман Курт.
Всё в беспорядке: в космосе и дома,
У ангела от вечности саркома,
А в горлышке ангина и абсурд.

Ландшафты сновидений, ветки совьи,
Обмякшие от точной пули дрофы:
Впадаю в сны, а — подхожу к черте,
В которую стучатся волны Леты
И бьются в дебаркадер Яндекс-ленты,
Но нет о крылышкующей вестей.

 

ПАЛЬТО

Смотри: зима в личине декабря
Опять детей зацапала с утра
И одарила сахарною пудрой.
Вот так проснёшься, выглянешь в окно —
А жизнь прошла, иллюзии на дно
Легли, как то прославленное судно1,

Где жизнь спадала с каждого лица,
И музыку играли до конца,
И альбатросу не хватало неба.
Так говорю, и — блазнится, что та
Костлявая с косой из-за куста
На автора глядит совсем без гнева:

Скорей индифферентно в смене дней,
А жизнь светлей играющих детей,
И Снежной королеве что тут делать?
А если тролли в воздухе парят
И зеркало одушевляет ад —
Пошли на три ублюдочную челядь.

Всё как-то легче обмануть себя,
Когда в бокале градус декабря
И день уже как точка невозврата.
Заглянет демон — угощу его,
Не зря смешали это волшебство:
Для привкуса четыре капли яда,

Зато во сне проснёшься молодым,
Захваченный волнением чудным,
И что-то там покажется в природе,
И ты опять в летающем пальто
Идёшь к любви на праздник или до…
Чтоб выпить утро на волшебной ноте.

1 Титаник.

 

***

«…Вчера я жил и только позже умер», —
Он говорит, терзается во сне.
Ночь в чёрной форме, как бригаденфюрер,
Да в змейках света, да в плохой луне,
Которой он выбалтывает душу,
На полуслове обнимает ад
И падает, как ветвь сирени в лужу,
За всё, в чём был и не был виноват.
Воображает, что могло быть хуже,
Да разве может без неё дурней?
Когда миры, как сутинские туши,
Поджарены на медленном огне
Воображенья, будь оно неладно.
На бок перевернулся и вздохнул.
…Зелёную отраву муза жадно
Курила сбоку. Заливал абсурд
Его мозги, и призраки стояли,
Переминаясь на пустых ногах,
Как будто смерть от жизни охраняли,
Передавая по цепочке Страх…
Вчера ты спал, и был белее мела:
Размытый кадр, в сиреневом она,
Над нею вилась в нимбе подземелья
Смерть выходного солнечного дня.

 

ВЕСЁЛОЕ

Старый человек откроет книгу
И давай читать, чтоб видеть фигу
Или сливу жизни, или что?
Сам он вопросителен и мрачен,
Тучей в рваных шортах озадачен,
Молнией в карминовом пальто.

Слышит звук бегущего состава,
Видит персонажа, что, не сбавя
Обороты жизни, пьёт коньяк
С девушкой в купе — слегка за тридцать,
Ну из тех, которая вам снится
В нереально-глянцевых мирах.

После 2:05 по Лиссабону
Поезд ощутил под сердцем бомбу —
Ту-ту-ту… ушёл в загробный круг.
Всех взорвали чёрные герои:
Наша пара взмыла над рекой и —
И упала в реку, что на юг

Смотрит рыбой. Дева в нежить вышла:
Скалится ундиною, не скисла,
«Светлый» друг — вампир по четвергам.
…Старый человек висит на глюке:
Вурдалак сидит на потаскухе,
Пишет кровью детям в «Инстаграм»:

«Упыри живут почти два века…
Больше крови, сумерек и смеха,
В кровососы не выходят все!»
…Дева смотрит ведьмой и русалкой:
Всё двоится (автора не жалко).
Выпиты самбука и абсент.

 

***

«Вот и ты засыпай», — говорит манускрипт человеку…
А за окнами бродят уставшие псы и коты,
Обнимают дворы и задворки, как ближнюю Мекку,
У которой подходы и выходы больше грустны,
Чем иллюзии, что на деревьях растут в тёмно-синих,
В перламутрово-чёрных и всяких таких полуснах,
«Засыпай», — говорит книжка-фишка, а — слышится: «скинь их»,
А кого и зачем — не увидишь в миражных очках:

В правом стёклышке мгла, в левом, видишь, фигурка к фигурке —
В сизоватом тумане неспешно идут старики,
Бьётся что-то в груди, точно красное в песне-печурке,
Только ангелы знают зачем эти двое близки.
Ту-ту-ту поезда, самолёты летают по плану,
Голубеет Маврикий, и в «космос таких не берут»…
Зигмунд Фрейд повздыхал, раскурил цвета рейха «Гавану»,
На сто пятой страничке в сангине заката Бейрут.

Домовой лепетнул: «Нет тут связи, захочешь — не свяжешь…
Засыпай в облаках муравьём, а в камене — сверчком,
На грифоне с айфоном летай… растворись в двойнике-персонаже,
Что ни в сказке сказать, ни черкнуть ненормальным пером».
…Вот и сказки конец, если можно назвать это сказкой,
И куда эти двое за облаком без багажа?
Может, облако это, а может быть, домик с терраской?..
Из потрёпанной книжки слезой покатилась душа.

 

***

Пережив рефлексии, спал отменно,
Нацепив очки сновидений: жизнь
Понималась, словно бы перемена
В пансионе Господа. «Завернись
В пуховое облако — станешь краше
И моложе в зеркале тех чудес,
Что руками вытянулись из башни,
И попался в щупальца мелкий бес,
О котором сказано у другого…
Эти башни выписал Сальвадор,
Мурашом присев на колени Бога,
Перед этим сделав себе укол», —
Говорил смотрящий за сновиденьем,
Этот смутный образ придумай сам,
Сохраняя вымысел, не задень им
То, что снится праведным дуракам.
В пансионе Сущего все мы дети:
Ты проспал два облака, я — себя,
То ловил иллюзии в лучшем спектре,
То смотрел, как режут внизу раба.
Ты проспал три облака, смерть, шестёрки,
Что в глазах у демонов и на лбу
Одного, что заперт в кирпичном морге,
Как детёныш аспида в скорлупу.
…Мы проспали смерть, отпугнувши тени,
Санитар подосланный, зме́ю в рот
Аконит плеснул и — конец геенне.
Или всё случилось наоборот?..

 

Яна-Мария Курмангалина
Редактор Яна-Мария Курмангалина – поэт, прозаик. Родилась в 1979 году в Башкирии. Детство прошло в Западной Сибири, юность – в Краснодарском крае и Ростове-на-Дону. Окончила Литературный институт им. А.М. Горького (семинар В.А. Кострова) и получила кинодраматургическое образование во ВГИКе им. С.А. Герасимова (мастерская А.Я. Инина). Автор пяти книг, в т.ч. сборника стихов «Спит Вероника» (Стеклограф, 2019). Стихи, статьи и переводы публиковались в российской и зарубежной периодике, в том числе в журналах: «Новый берег», «Гвидеон», «Дружба народов», «Prosodia», «Интерпоэзия», «Октябрь», «Эмигрантская лира», «Гостиная», «Этажи», «Байкал» и др. Участник программы содружества стран в области литературы «Минская инициатива», участник студии сравнительного перевода «Шкереберть» журнала «Дружба народов». Дипломант Волошинского конкурса (2015), призер поэтического конкурса «Заблудившийся трамвай», фестиваля «Петербургские мосты» (2018), победитель конкурса «Эмигрантская лира» (2018) и т. д. Заместитель главного редактора журнала «Эмигрантская лира».