Нынешнее время — время имитации; зачем, например, наука, деньги нужны на другое, вот вам раскрашенные артефакты, «дружок, поп-сайенс в тренде». Сергей Пронин рассказывает о важном. Ведь и неявленное, то, что не очень подвластно науке, тоже профанируется, заменяется фокусами, публика поедает их под искусственный смех за кадром. Журналист, занимающийся научными разоблачениями, против менталиста, красивое слово, экстрасенса, так привычнее — истинное против ложного, или здесь что-то ещё? Жизнь непроста.
Михаил Квадратов

Сергей Пронин родился в Москве, окончил Московский Государственный университет Экономики, Статистики и Информатики по специальности «Мировая экономика» и получил степень магистра искусств в области дизайна игр в Университете Центрального Ланкашира (UCLan — University of Central Lancashire), г. Престон, Великобритания. Писать начал на первом курсе университета, автор более 100 эстрадных миниатюр и нескольких эстрадных спектаклей, дважды лауреат гран-при международного фестиваля студенческих театров в г. Запорожье, автор нескольких пьес. Более десяти лет занимался разработкой компьютерных игр, ведущий сценарист проектов «Дозоры. Гроза в Сумраке», «Черновик Онлайн», «Альвегия Онлайн», «Альвегия. Поле Битвы», ведущий дизайнер проектов «DarkOrbit», «Dreadnought», «The Cycle».  В последнее время начал увлекаться короткой и ультракороткой прозой. Публиковался в журналах «Пашня», «Берлин.Берега», «Очевидец» и на порталах «гУрУ-арт» и «Текстъ».
 

Сергей Пронин // Разоблачение

 

1.

С Ванькой договорились обо всём позавчера. Делов-то: приехать в студию, рассказать о блоге, ответить на вопросы и поздравить всех с Новым Годом.

Дружок, поп-сайенс в тренде! — Ванька, сокурсник по журфаку, размахивал коктейльной трубочкой и орошал свою половину стола каплями Кровавой Мэри. — Все помешались на образовании и хотят слушать экспертов. Желательно попроще.
Вань, я занимаюсь журналистскими расследованиями, разоблачением мошенников. Я считаю это серьёзной журналистикой, — Андрей начал складывать салфетку в плотный квадратик.
Ах ты, Боже мой, серьёзной, м, — Ванька на секунду застрял зубами в сельдерее. — Обычные фокусники. Что ты к ним пристал?
Фокусники не утверждают, что читают мысли или могут найти пропавшего родственника за большие деньги. А эти люди даже полиции свои услуги пытаются предложить. Это безумие какое-то, средние века. Какие эксперты? Сейчас кто нравится, тот и эксперт.
Тебе читатели нужны? И не хмурься мне тут, — замахал руками Ванька. — Вот приходи и сам всё объясни. Зрители не дураки, всё они поймут. Даже с утра. Уболтал?
Уболтал, — вздохнул Андрей.
То-то же. И в инстаграм какую-то нормальную фотку запость. Порадуй будущих подписчиков.

Не обязательно было вставать в четыре утра, но Андрею казалось, что он будет долго собираться. Что делают перед телеэфиром? Пожалуй, сначала кофе.
Завибрировал телефон.

Алло?
Андрей Сергеевич, это Татьяна, администратор «Доброго утра». Вы не могли бы приехать на полтора часа раньше? У нас тут изменения, придётся передвинуть вас.
Полтора… Татьяна, для этого мне нужно было выехать из дома пятнадцать минут назад!
— Да, я понимаю. Так вы едете?

Ну… придётся.

Андрей ткнул в какое-то приложение для вызова такси. Оно сообщило, что ищет подходящего водителя.

Да мне любой подойдёт! — простонал Андрей и бросил телефон на кровать. Телефон весело подпрыгнул и утонул в складках одеяла.

Раз обещал, надо делать. Теперь это его проблемы, теперь он опаздывает. Андрей пошарил по кровати, встряхнул одеяло. Телефон с глухим стуком упал на пол и звякнул оповещением.
Водитель найден, время ожидания: примерно пять минут.
Отлично.
Пять минут?! Андрей кинулся к шкафу. Ничего не погладить. Водолазка, джинсы, пиджак. Взять планшет с последними статьями, или ну его, почитаю через телефон? Чёрт, ещё зарядку. Всё?
Через четыре с половиной минуты Андрей стоял у подъезда и уговаривал себя не нервничать. Ещё целый час. Потом эфир, поулыбаться и домой. Не будут же они всерьёз обсуждать его расследования.

Снова кто-то звонит.

Приехал, дорогой! Только у тебя тут мусор вывозят, я сейчас задом — на улицу. Выходи, пожалуйста!
— Ой, да, конечно!

Андрей обогнул мусоровоз и увидел такси с включённой аварийкой. За ней уже скопилась небольшая очередь, кто-то нервно сигналил. Андрей перебрался через сугроб, стараясь не смотреть на другие машины, и открыл заднюю дверь.

В Останкино поедем, дорогой? Садись. Не обращай внимания. У меня работа — пассажира доставить, а у них своя, вот и нервничают. Сейчас поедем, всё забудут.
За час доедем? У меня эфир через час!
Эфир? Попробуем, дорогой. Я сразу подумал — телеведущего повезу!
Маршрут построен, — перебил навигатор, — Время в пути: один час сорок пять минут.

Проклятье. Интересно, Ваня спит?

Андрюх, ты звезда! Это тебя должны ждать! Короче, звони Тане, скажи, когда будешь, и всё. Если что — сразу набирай.
Да, Вань, спасибо.

На светофоре красный.

Я в Москве сорок лет живу. Семь машин поменял. Две жены! И всегда пассажира куда нужно привозил.

Пожалуй, лучше написать смс.
«Здравствуйте, Татьяна! Это Андрей Верзин. Буду где-то минут через 40-50. Пробки. Спасибо»
Уже Проспект Мира! Стоим намертво. Отвлечься на статью по нейропсихологии.

Приехали, дорогой! Центральное телевидение!

Холодные пальцы, цветочные духи, гладкие кнопки лифта.

Да вы не волнуйтесь, эфир идёт с 15-минутной задержкой. Если что, мы просто вырежем, — Татьяна кивнула и улыбнулась.

Свет, красивые диваны. Красиво подсвеченная фанера

Андрей, вы долго занимались научной журналистикой, даже снимали несколько фильмов для Discovery и National Geographic.

Аплодисменты.

Да-да, друзья, такой вот у нас гость сегодня. И потом вы решили завести блог. Зачем?

Смех.

Я просто хочу, чтобы никто не мог манипулировать людьми при помощи…
Прикрываясь, так сказать, авторитетом какой-нибудь астрологии? — ведущий вдруг отвернулся от камеры и подмигнул Андрею.
Да, то есть… В смысле…

Смех, аплодисменты.

Я хочу сказать… Можно, например, делать вид, что ты читаешь мысли, стоя на сцене. Это несерьёзно.
Ну, спасибо. Прости, мама, я в шоу-бизнесе, это несерьёзно.

Смех.

Я имел в виду, зритель знает, что это трюк. Но если веришь… Многие готовы отдать любые деньги, чтобы поговорить с умершим родственником или найти пропавшего ребёнка!
А вдруг кто-то действительно может читать мысли или говорить с мёртвыми? Вы допускаете такую возможность?
Да возьмите любого знаменитого мистификатора, есть уже и документальные фильмы и книги об их методиках, об их провалах в настоящих научных экспериментах! Никакой мистики в этом нет.
О, эксперимент — это отличная идея. У вас есть немного времени? Отлично. Друзья, после рекламы к нам присоединится человек, который утверждает, что на самом деле умеет читать мысли, а мы с Андреем попробуем его разоблачить в прямом эфире! Не переключайтесь

Аплодисменты. Реклама.

Андрей оглянулся. Около входа в павильон кому-то надевали петличку. Дмитрий Кравицын, менталист, лауреат фестивалей артистов оригинального жанра, медиум, экстрасенс. Ещё три минуты. Может, просто уйти?

Послушайте, я пишущий журналист, а не телевизионщик. Мне нужно время на исследования. Меня не предупреждали, что мне нужно будет в эфире…
Да расслабьтесь, Андрей, развлеките зрителей. Это же просто шоу. А потом можете написать у себя в блоге разгромную статью. Со ссылкой на наш ютьюб, конечно.

Три, два, один.

Ведущий начал расспрашивать Дмитрия о его работе.

Надо бы его рассмотреть. Красиво сел, держит голову под углом к камере. Говорит, что чувствует чьё-то присутствие. Эффектно скрещивает пальцы. Зачем он ко мне тянется? Коснулся моего виска, какая горячая рука, горьковатый запах цитрусовых…

Андрей! Вы с нами? — Ведущий помахал Андрею карточками.
А, что?
Я говорю, что передал вам мысль. Теперь вы знаете, для кого у меня информация, скажите нам, — улыбнулся Кравицын. — Снимите свои шоры.
Да какие шоры! Вы хотите показать фокус. Я-то тут при чём?

Кравицын сжал губы, покачал головой и повернулся к камере.

Я хочу освободить вас, Андрей. Информация в вашем подсознании. Посмотрите на аудиторию и назовите номер места. Если хотите, можете сперва поменять местами любое количество зрителей. Это неважно, вы же знаете, о ком мы говорим.

Он хочет, чтобы я пересаживал? На этом всё держится? Или ему всё равно? А, точно, он же хочет номер места!

Пересаживаться не нужно. А номер — 56932.
Ну, Андрей, играйте честно, — хохотнул ведущий. — У нас здесь всего 150 мест.
Всё правильно, — перебил его Кравицын и повернулся к аудитории. — Проверьте номера своих мест.

Техники забегали по рядам.

Номер у меня! — встала пожилая женщина.

Вспыхнуло освещение зала, операторы торопливо развернули камеры. Ведущий наклонил голову набок, из его наушника донеслось неразборчивое бормотание.

Валентина Фёдоровна? У вас недавно умер брат. Он просит прощения у вас, за то, что оставил вас одну и просит не винить себя. Вы сделали, что могли.

Женщина прижала к глазам платок, свет погас, повернулась камера. И другая. Повернулись все камеры.

Что скажете, Андрей? Как нашему гостю удалось это сделать?

2.

Андрей то опускал, то вынимал трубочку из стаканчика с латте. Слои молока и кофе медленно смешивались. Краем глаза он замечал вспыхивающую зелёную искорку на экране смартфона. Андрей не любил непрочитанные сообщения, но сегодня все лайки, телеграм-каналы, рабочие электронные письма, запросы в друзья, комменты накрыли его как цунами, и выплывать совершенно не хотелось.

Как можно сходу разгадать секрет фокуса? Трюк готовится неделями, если не месяцами. А у него было сколько? Пятнадцать секунд?

Ну что, шоумен, как всё прошло?

Андрей поднял глаза. Напротив устраивался Ванька. Со курткой и сумкой он ухитрился занять оставшиеся три стула.

Вон там вешалка, — кивнул Андрей в сторону выхода.
Да ладно, — Ванька махнул официанту. — Ну что, наслаждаешься славой?
Какой славой?! — Гул кофейни на секунду затих. Андрей понизил голос. — Меня идиотом выставили.
Идиот — это очень востребованный на телевидении образ. Андрюх, ну что ты, ну сядь, я ж пошутил, — Ванька потянулся за меню к соседнему столику. — Ты в инстаграм давно смотрел?
Дня два назад…
То есть первые три тысячи подписчиков ты проспал. Или уже пять?

Андрей схватил телефон.

То есть, ты правда не в курсе?
Я эти оповещения смахивал просто.
От подписчиков не отмахиваются. Ты теперь медийное лицо. Пили сториз, попроси прибавку в «Популярной механике». С Новым Годом! Да, и ссылки на статьи в профиль запихни обязательно.
Да зачем мне инстаграм? Я его завёл и забыл. Косметикой не торгую, книжки красиво не фотографирую.
Ох, Андрюха. Это ж аудитория. Настоящие живые люди. Говори с ними, расскажи им про свои… я не знаю, расследования. Ну, и котика заведи и с ним сфоткайся.
Ты серьёзно? Во-первых, у меня аллергия. Во-вторых, я пишу о критическом мышлении и научном методе. Как это совместить-то?
Ох, Андрюха. Ладно.

Ванька со скрипом развернул свой стул и улыбнулся своему изображению на экране телефона.

Всем привет, друзья! Встретил тут Андрея Верзина! Вот он! И знаете, что он мне сказал? Он раскроет нам секрет трюка Дмитрия Кравицына в новогоднем эфире «Доброго утра» прямо в эту субботу! До встречи! О, в одну сториз уложился. Так, Дмитрия тэгнул, тебя тэгнул. Может, морковного пирога?

Надо было уйти, как обычно. Ушёл из крупной газеты, как только кто-то пригрозил подать в суд за заурядную статью-расследование о небольшом лесопарке. Перестал снимать фильмы для Дискавери, когда что-то не понравилось каким-то активистам. А из студии не ушёл. И морковный пирог съел под Ванькину болтовню.
Сдаваться поздно. Если сейчас сдаться, то лучше уж всё бросить и устроится школьным учителем математики.
Андрей пришёл домой, включил компьютер и утонул в работе. Он не помнил, когда последний раз так погружался в проект. Просматривал записи передачи, видео с других выступлений Кравицына, перечитывал все его социальные сети. В пятницу ему стало казаться, что он разобрался. Как минимум, разозлился.
Хотите шоу? Будет вам шоу.

3.

Андрею надели петличку и пригласили на знакомый диван.

Оказывается, это очень простой трюк, — Андрей глядел то на ведущего, то на камеру.
Андрей, я не люблю слово трюк, — перебил Кравицын. — Я называю это «демонстрация».
Хорошо. — Андрей сделал паузу, перебирая в уме подготовленные аргументы. — Во-первых, зрители в эту студию приглашаются через социальные сети. Среди тех, кто лайкал и комментировал посты о записях на съёмку, я отыскал аж двадцать человек, которые писали, что собираются на телевидение. Затем вы выбрали конкретного человека, Валентину Фёдоровну. Всё, что вы о ней рассказали, она сама упоминала своём фейсбуке. Вам даже не нужно было знать её в лицо. Вы предложили мне совершить пересадить зрителей, но это неважно. И номер я мог назвать любой. Кто-то из техников передачи просто записал и налепил нужный номер на нужное кресло, поверх обычного, пока вы отвлекали внимание. У всех были номера от единицы до 150, а у Валентины Фёдоровны оказался именно тот, что я назвал. Почитали её ленту накануне и пересказали в камеру. Вот и всё.
Браво, — с улыбкой сказал Кравицын.
Так, что… Это правильно? — у ведущего загорелись глаза.
— Правда.

Андрей почувствовал, что у него горит лицо.

Конечно, правда, — продолжал Кравицын, — Правда, что Андрей предложил прекрасную версию. Можете в неё верить.
И… всё?
Да, — Кравицын посмотрел ведущему в глаза, — впрочем… Впрочем, я попробую вам помочь, Андрей. Я чувствую, что вы можете открыть свой разум. Я повторю демонстрацию. Прямо сейчас. Вы правы, эта мишура с номерами мест и пересаживанием ни к чему. Мне нужно десять минут на концентрацию, а после этого вы выберете любого человека из аудитории, а я о нём расскажу. И тогда вам придётся признать, что есть вещи, которые просто невозможно рационально объяснить. Идёт?

У Андрея закружилась голова. Ведущий бодро объявил рекламную паузу, а Кравицын отошёл куда-то к фальшстене и повернулся к студии лицом.

Что же он может сейчас сделать? Зрителей не так много… Неужели он знает всех? Но в студии довольно темно, сколько же надо запомнить лиц?

Ну что, Андрей! — Ведущий смотрел как будто поверх его головы. — Готовы? Через минутку закончится рекламная пауза, и мы продолжим!

Кравицын сел на место, в студии вспыхнул свет, зрители зааплодировали по команде. Ведущий что-то сказал, и все повернулись к Андрею. Как же выбрать? Он махнул рукой куда-то в сторону зрителей.

Я хочу, чтобы всё было честно, Андрей. Выберете конкретного зрителя, — с улыбкой покачал головой Кравицын.

Все в каких-то разноцветных колпачках, мишуре. Новый Год. Андрей ткнул пальцем в какого-то мужчину в третьем ряду.

«Здравствуйте, Виталий Евгеньевич! С прошедшим днём рождения! Каково это, родиться 30 декабря? А дочка приехала из Турции навестить? Отлично! С наступающим, Виталий Евгеньевич!»

Грохот овации. Фонограмма, что ли?

Андрей, теперь у вас есть десять минут! — Ведущий повернулся к другой камере. — А я напоминаю, что наш голубой огонёк начнётся уже в 22:00. Вот небольшой анонс.
Не переживайте, Андрей. Каждый должен столкнуться с границей своих знаний, —Кравицын наклонился к Андрею, слегка щурясь. — Это колоссальные возможности для роста. Отбросьте свои иллюзии о всезнании и начните учиться.
При чём здесь иллюзии? Вы хотите, чтобы я вам поверил? Давайте поставим научный эксперимент.
Ну да… А в науку вы верите, — Кравицын больше не улыбался. Он закинул ногу на ногу и положил руку на спинку дивана. — Верите точно так же. Или вы повторили каждый научный эксперимент?

Хорошо… Отбросим невероятное, остаётся единственный вывод. Он откуда-то знает всех зрителей. Только как он их различает? А что если…

Итак! — Ведущий вцепился в карточки с эмблемой передачи. — Андрей, вы готовы? Есть какие-то предположения?
Я заметил кое-что. Сегодня в студии не так много зрителей, и все приготовились к празднику, надели на шею мишуру, а на головы колпачки разных цветов. Вот эти комбинации вы и запомнили, я думаю, это мнемотехника…
Андрей, — Кравицын восхищённо качал головой. — Снова прекрасная версия.
Андрей, тут…, — ведущий что-то искал во внутреннем кармане пиджака. — Вчера на наш адрес пришло письмо от Дмитрия. Адресовано вам.

Андрей взял конверт. Пахнет свежей бумагой и марками. Пришлось с треском рвать.

Прочтите, Андрей. Письмо короткое, — Кравицын подался вперёд.

Андрей посмотрел на листок из конверта. Два слова.

Мишура и колпачки…
Что надо сказать? — улыбнулся Кравицын. — Я знал, что вы именно это и скажете. Я дистанционно внушал вам эту мысль всю неделю.

Андрей смотрел на листок бумаги. Ему казалось, что он слышит своё дыхание. Как перестать дышать, чтобы подумать в тишине? Что это меняет? Он сам раскрывает секрет фокуса.

Невероятно, — ведущий повернулся к публике.

Снова грохот аплодисментов. Зрители встают, Кравицын кланяется.

Но это же ничего не значит. Вы знали, что я обращу на них своё внимание! Но это не значит, что вы их не использовали!
Но как я мог знать, что вы именно это скажете?
Вы меняете условия эксперимента! Это… нечестно…
Андрей, Андрей… Нечестно не выполнять обещания, — Кравицын развернулся к аудитории. Теперь аплодируют только зрители в студии.

Андрей положил руку на подлокотник дивана. Прохладный кожзаменитель, гладкий, только у самого изгиба кто-то как будто пытался проковырять дырку.

Есть вещи, которые я не могу рационально объяснить. — Андрей повернулся к камере. — Прямо сейчас. Но это не значит…
Конечно, не значит! — бодро подхватил ведущий. — Ведь сегодня наступит Новый Год! Эмоции, встречи с близкими, праздничное настроение, подарки — не всё же зависит и держится на логике. Где-то мы должны доверять чувствам, дарить и принимать радость. С Новым Годом друзья!

Свет приглушили, ведущий сразу стал как будто старше, уронил карточки на пол и выдохнул, запрокинув голову. Кравицын протянул Андрею руку.

Отличное шоу, Андрей Сергеевич! Вы замечательный партнёр.

Андрей машинально протянул свою в ответ. Крепкая сухая хватка. Кравицын отдал петличку технику, кивнул ведущему и направился ко входу в павильон.

Дим, через десять минут тогда? — крикнул ему вслед ведущий. Кравицин, не замедляя шага, кивнул. — А вам, Андрей, большое спасибо, что пришли. Надеюсь, ещё поработаем.
А что через десять минут?
Ой, что же это я. Вы тоже заходите. Посидим у меня, кофе выпьем, обсудим сотрудничество. Только минут через тридцать, хорошо? Тань! Та-ань! Проводишь Андрея ко мне?

Ведущий вышел из павильона, а Андрей стал распутывать свою петличку. Как всегда. Они просто не дали ему ничего сказать, и зрители ушли либо запутавшись, либо поверив в «чудесную силу» менталиста. Татьяна уже успела подойти и терпеливо ждала.

Михаил Владимирович прямо сейчас вас ждёт?
Нет, через полч… — что-то стукнуло ему прямо в висок. Он устал сдаваться. — Да, да прямо сейчас.

Татьяна привела его к нужной двери, и попрощавшись, убежала обратно к лифту.
Телефон завибрировал. Сообщения, уведомления. Ванька спрашивает, как дела, подписчики в инстаграме, ещё какие-то непонятные люди пишут с предложением раскрутки.
Андрей осторожно нажал на ручку двери. Открыто.
Обычный кабинет, похоже из двух комнат, письменный стол с компьютером, запах мужских духов и кофе. Андрей заглянул в раскрытую на столе папку. Анкеты зрителей передачи, к каждой прикреплена фотография, а на фотографию наклеен кусочек цветной мишуры и треугольник цветной бумаги. Колпачок. Ну, конечно!

Его оглушил взрыв хохота.

Дверь в соседнюю комнату скрипнула.

Я, Миш, папку на столе оставил, персональные данные всё-таки. — Кравицын остановился на пороге.
Дим, ты чего встал-то? — Ведущий протиснулся спины из-за Кравицына и тоже увидел Андрея.
Уже полчаса прошло? Я только хотел проводить… Присаживайтесь, Андрей!

Андрей положил руку на папку и достал телефон.

Дмитрий, Михаил, а можно сделать с вами селфи для инстаграма?
А, конечно. Давайте на фоне стены? — засуетился ведущий.
Секунду, но это же не… — начал Кравицын.
Всем привет, это Андрей Верзин. Начинаю мой первый прямой эфир в инстаграме! Спасибо всем, кто подписался на меня за последнюю неделю! Мы с Михаилом и Дмитрием передаём вам огромный привет! Пора раскрыть карты! Михаил, сколько человек было в аудитории?
Около сорока, кажется, но…
А теперь, как и обещал, раскрою секрет фокуса! Здесь в папке, вот её очень хорошо видно фотографии всех зрителей сегодняшней аудитории, на каждую наклеен колпачок и кусочек мишуры! Продюсеры программы заранее подготовили эту папку и передали Дмитрию. Ну и позаботились, чтобы каждый зритель был правильно одет. Кстати, несмотря на то, что тут нет никакого волшебства, требуется долгая тренировка и даже, я бы сказал, талант, чтобы запомнить и удержать в голове такое количество информации. Дмитрий, это называется ассоциативная мнемотехника, да?
Я не понимаю, о чём вы…
О, нас уже около двух тысяч в эфире! Друзья, пишите своё мнение о передаче, тэгайте меня, Михаила и Дмитрия. Дмитрий очень талантливый артист, и мне кажется у него большое будущее. А о мнемотехнике будет мой следующий пост, друзья. И ещё один вопрос. Михаил, вы придумали конверт для страховки? Чтобы сделать вид, что вы всё просчитали заранее?
Нет это… Это был правильный ответ! Не хватило времени в эфире. Мы бы обязательно всё объяснили… — ведущий потёр лоб.
Ну что ж, вот всё и разъяснилось. Всех с Новым Годом! До следующего эфира! — Андрей опустил телефон.
Что это за провокация! Объясните, что это вы устроили! — взорвался Кравицын.
Не всё можно рационально объяснить, Дмитрий. И вам, Михаил, огромное спасибо. Я, наконец, понял, что вы имели в виду. Расслабиться и развлекать зрителей. Начну в Новом Году.

По пути к лифту Андрей достал телефон и начал отвечать на комментарии.

 

Редактор Михаил Квадратов – поэт, прозаик. Родился в 1962 году в городе Сарапуле (УАССР). В 1985 году закончил Московский инженерно-физический институт. Кандидат физико-математических наук. Проживает в Москве. Публиковался в журналах «Знамя», «Волга», «Новый Берег», «Новый мир», «Homo Legens». Автор поэтических книг «делирий» (2004), «Землепользование» (2006), «Тени брошенных вещей» (2016). Победитель поэтической премии «Живая вода» (2008). Финалист Григорьевской поэтической премии (2012). Автор романа «Гномья яма» (2013). Рукопись сборника рассказов «Синдром Линнея» номинирована на премию «Национальный бестселлер» (2018).