Традиционно считается, что поэзия Анны Логвиновой — взгляд на мир глазами ребёнка. Вот, попал в учебники — терпи. Но и на самом деле, стихи светлые, добрые в изначальном значении слова. А смотреть глазами ребёнка — силу воли нужно иметь. Мир поедает себя с хвоста и ещё много чего вокруг непонятного и ужасающего происходит. Взрослые не замечают, всё примелькалось, все притерпелись. Взрослые уже где-то не здесь. «Живы дети, только дети…». Только некоторые с детским взглядом проходят жизнь, видят такое, от чего выросшие инстинктивно отворачиваются. И дети, конечно, видят, их пока мало что пугает, они воспринимают мир по-своему. Но это и опасно. Для таких случаев существуют старшие механики, которые одёрнут и подскажут как надо.
Михаил Квадратов
 
Анна Логвинова, дочь поэта Петра Логвинова, родилась в Виннице в 1979 году. Выросла в Москве, закончила факультет журналистики МГУ, прожила год в США, вернулась и с тех пор живёт в подмосковных деревнях. Работа: учит детей английскому, читая им книжки в зуме. В 2001 году вместе с Дмитрием Мелкиным собрала стихотворную книгу «Осенне-зимний разговорник», которая была напечатана издателем Степаненко, специализирующимся на выпуске словарей. Серебряный призёр первого русского слэма (2001), лауреат премии «Дебют» (2004); книга «Кенгурусские стихи» вышла в 2009 году в серии, которую придумали Андрей Новиков и Евгений Степанов, за неё получила специальную премию Московского счета (2010). В издательстве «Воймега» готовится к печати книга «Красота среди бегущих». Стихи напечатаны в журналах «Новый мир», «Арион», «Новый Берег», «Homo Legens», «Дети Ра», в альманахе «Алконост», переводились на французский, немецкий, английский, китайский, украинский и иврит.
 

Анна Логвинова // Старшие механики

 

***

Я поняла, как я пишу стихи,
всё дело в том, что жить мне хочется,
но я на жизни не могу сосредоточиться,
c пелёнок байковых всё мыслю, мыслю,
у зеркала кручусь с немым вопросом
what is you.
Другое дело — прошлое, там есть
дни обжитые и льняные занавески,
туда пробраться можно через строчкорезку,
на подоконник белый сесть.
Сидеть, прижав к груди колени,
снег падает тяжёлый как пельмени.
А мысли? Мысленный багаж
уже в две тыщи двадцать первом аж.

 

***

Иногда мечтается до паники,
чтоб лет двадцать оказались черновыми,
чтобы дети снова стали маленькими,
чтобы бабушки — опять живыми.
Чтобы младший брат — неувезённым,
а точнее — неотпущенным,
чтобы время ощущалось как имущество,
полностью своё, а не казённое.
Чтоб у папы просидеть ту ночь под дверью —
не под дверью мальчика женатого,
только тут встает вопрос доверия
к человеческому фактору.
Что как если снова напортачишь —
когда всё это закрутишь заново —
наподвалишь снова, начердачишь,
прямо против не узнаешь долгожданного.

 

***

Никто не разводился лучше нас,
мы очень долго у дверей стояли,
потом мы долго за дверьми сидели,
потом заполнили бумаги еле-еле,
об этом есть уже стихи
(смотрите будущую книжку),
потом не знали, как раздвинуть
на выходе какую-то задвижку.
А я не успевала на урок.
В суде компьютер не включился
(розетка не работает, сынок).
И вот в ближайшее кафе мы мчимся.
Урок английского мы посвятим кафе,
врубаем зум, а как закажешь пищу,
официанты как по лесу рыщут,
а нас не видят, только мне-то
официант в уроке нужен по сюжету.
Чтобы сказать: смотрите, waiter,
смотрите: waiter,
вот-вот он подойдёт — смотрите: waiter,
постойте, waiter подойдёт чуть later.
Ах, вот же waiter, он заказ принять готов,
а на тарелке комплимент от шефа —
горячий бутерброд из паспортов
двух разведённых человек ЭрЭфа.

 

***

Анька, вот ты говоришь прикладная лингвистика.
Как-то у нас на Диксоне пропали ребята,
сели на вездеход и ни слуху ни духу —
мы их нашли по следам от гусеницы — как оказалось,
они рванули на танцы на материк,
в дороге заглох мотор,
а это считай приговор —
когда мы нашли их — они уже доходили.
Мы — это двое старших механиков,
которые что-то хотя бы соображали
и я — молодой, ничего не знал, но на подъём был лёгкий,
и вот мы чиним мотор, метель невозможная,
чиним поочерёдно — закрутил там что-то —
отогреваешь руки, вытягиваешь спину —
ну, и друг другу конечно подаём инструменты.
Когда в третий раз наступила моя очередь,
один из механиков как заорёт диксонским матом,
две или три минуты орал матом,
а подытожил всё то, что орал вот такой фразой:
«Номер ключа говори мне, а не «пожалуйста»!!!!!!!!»

 

***

Фёдору Румо

Мой мальчик, родившись, всего-то чуть кашлянул,
а его у меня забрали и лекарствами искололи,
в день восьмой к нам в роддом проник дядя Фёдор,
друг семьи и доктор,
он сказал им — коллеги, я только взгляну —
и чуть ли не силой вырвал ребёнка из стеклянной юдоли —
с мальчика сняли канюли,
мальчика нам вернули,
профессоры нам вдогонку ворчали-твердили:
«Мы вас предупредили!»
Дома дядя Фёдор сказал: «Шерстяные носки не помогут,
чтобы не мёрзли ноги на этом этапе —
Димон — одну ногу во сне ты вручаешь папе,
вторую — вручаешь маме. Отогреешься понемногу».
Так с восьмидневным сыном начал плавание наш экипаж,
каждый держал в руке теплеющую ступню,
вместе с декабрьскими ветками качался четвёртый этаж,
ветки стучали в окна, но не пробивали броню.

 

***

Дочь сказала: обними меня, мама,
нет, не так, а двумя руками.
Сын сказал: улыбнись мне, мама,
нет, не так, а всеми зубами!
Муж сказал мне: знаешь, любовь,
это всё-таки как-то иначе.
…Только дедушка со мной счастлив,
как фанат на победном матче.

 

***

Вечером напишешь стихи, утром ой, стыдоба,
И даже нет объяснения, что там не так конкретно,
Прозрачные волны набрасываются на береговой марципан,
В тихом посёлке лето.
Земляника как в мультике краснеет на зелёном холме,
Рыбак ловит рыбу, женщина в кресле холщовом смотрит на его спину,
Выводов делать не будем, но вот мое резюме:
Мы не знаем их мыслей, но внешне красивая картина.
Наш новый чайник включается при помощи смартфона,
Кинешь в чашку цейлонского и главное: точно прицелиться.
Тучи стоят, улыбаясь в проёме оконном,
Как французские полицейские.

 

Редактор Михаил Квадратов – поэт, прозаик. Родился в 1962 году в городе Сарапуле (УАССР). В 1985 году закончил Московский инженерно-физический институт. Кандидат физико-математических наук. Проживает в Москве. Публиковался в журналах «Знамя», «Волга», «Новый Берег», «Новый мир», «Homo Legens». Автор поэтических книг «делирий» (2004), «Землепользование» (2006), «Тени брошенных вещей» (2016). Победитель поэтической премии «Живая вода» (2008). Финалист Григорьевской поэтической премии (2012). Автор романа «Гномья яма» (2013). Рукопись сборника рассказов «Синдром Линнея» номинирована на премию «Национальный бестселлер» (2018).